Книга Генерал, мы в разводе!, страница 4 – Максим Добров

Девушка растерянно моргнула. На лице Алины после пережитого действительно можно было разглядеть симптомы любого заболевания, кроме счастливого брака.

— Может, позвать врача?

— Уже вызвали. А вы несите цветы, иначе аллергия начнется у организатора.

Мы спустились на первый этаж и оказались в кухонном коридоре, где никто не смотрел на лица: люди следили, чтобы не упал соус и не задержалось горячее.

— Левее, потом прямо до погрузочной зоны, — сказала я.

— Откуда вы все знаете?

— Я трижды приезжала сюда под видом клиентки и один раз устроила скандал из-за отсутствия безглютенового меню. Управляющий показал мне половину служебных помещений, лишь бы я перестала возмущаться у стойки.

Алина посмотрела почти с восхищением, но тут из прохода впереди донесся низкий мужской голос:

— Найдите дочь. Она не могла уйти далеко.

Сумка выскользнула из ее рук.

— Это отец, — прошептала она, прижав ладонь ко рту. — Он уже здесь.

Я подняла сумку, но Алина не двигалась. Она смотрела на тень за дверным проемом, и с каждым вдохом ее плечи поднимались все выше.

— Посмотрите на меня.

Она не услышала. Я взяла ее за подбородок и заставила сосредоточиться на моем лице.

— Мы сделаем десять шагов до двери, потом еще двадцать до машины. Вы не обязаны выходить к нему только потому, что он назвал вас дочерью. Справитесь?

— А если увидит?

— Тогда мне придется импровизировать. Я очень раздражаюсь, когда импровизирую, поэтому не доводите меня до этого вместе с вашим отцом.

Уголки ее рта дрогнули, но Алина все-таки вдохнула и кивнула.

Белая «Шкода» стояла у хозяйственных ворот. До нее оставалось метров тридцать, но после тесного коридора двор показался бесконечным. Я нажала кнопку на ключе.

— Садитесь назад и пригнитесь.

— А вы?

— Постараюсь не переехать никого важного.

Она уже открыла заднюю дверь, когда за спиной раздалось:

— Алина!

Марк не кричал, но в голосе было столько ярости, что охранник у ворот мгновенно выпрямился. Жених появился без пиджака, с расстегнутой верхней пуговицей рубашки. От безупречного хозяина праздника осталась только бутоньерка, нелепо качавшаяся на ходу.

Алина вжалась в дверной проем машины. Лицо словно опустело, свободная рука машинально прикрыла горло.

— Не останавливайтесь, — бросила я и захлопнула за ней дверь.

— Алина, подожди! — Марк ускорил шаг, но мягкому тону не соответствовали раздувшиеся ноздри и холодное бешенство в глазах. — Что ты делаешь? Выйди, и мы спокойно поговорим.

— Я не хочу с тобой разговаривать!

Голос сорвался, зато ее ладонь твердо нажала кнопку блокировки. Марк услышал щелчок, ударил кулаком по крыше и впервые перестал изображать жениха.

— Открой дверь.

Я села за руль и завела двигатель.

— Отойдите от машины.

Он рванул ручку моей двери, но замок уже сработал.

— Алина нездорова. Вы пользуетесь ее состоянием и совершаете преступление.

На заднем сиденье послышался сдавленный звук. В зеркале я увидела, как она прижимает коробку к животу и смотрит на Марка, будто закрытая дверь была последней преградой между ней и чем-то страшным.

— Я уезжаю сама! — выкрикнула Алина. — Ты слышишь? Я не выйду за тебя замуж!

На лице Марка не появилось ни удивления, ни боли. Он только медленно распрямился.

— Ты напугана и не понимаешь, что говоришь. Выйди, пока мы не сделали ситуацию хуже.