Книга Выбор, страница 29 – Клава Юхонька

Какая-то часть меня в ужасе от происходящего. Он сделал это ради меня? Так вот где он был весь день. В чем подвох? Чтобы расправиться со мной без свидетелей? А что, вдруг он боится, что кто-то может подглядывать.

По-хорошему бы позвонить Шефу. Выложить все что нарыла и пусть он разбирается. Это все может плачевно закончится. Еще одно таинственное исчезновение. И даже после смерти буду костью в горле у начальства, снова подставила отдел!

— Спасибо, — зачем-то говорю я.

Он молчит. Смотрит на меня стоя у края кровати, а потом стягивает футболку и ползет ко мне. Не рядом, не к стене, а ко мне. Не разрываем контакта взглядов, даже не моргаем. Теряем ощущение реальности и кровь просто закипает. В моем теле точно. И уже без понятия страх это или желание или просто температура на фоне отравления.

— Спокойной ночи, Лиса, — шепчет в губы он и падает на спину чуть левее от моего кокона.

Чувствую как он пялится. Даже не пытается этот как-то скрыть. Боже, может слюна потекла, или сопля. Что-то явно не так. Закатываю глаза, пытаюсь как бы намекнуть ему на то, что я не довольна таким присталтьным изучением меня, словно я старый ковер, на котором высматривают узоры перед сном.

Он лишь скалится, как всегда в своей манере хищника. Двигается ближе. Я даже через толщу одеяла ощущаю жар, что от него исходит. Печка блин!

Пытаюсь плавненько и незаметно отдалиться, но ловушка из одеяла, что я сама себе поставила, не позволяет сдвинуться и на сантиметр.

Не знаю как мне удалось уснуть и сколько на это потребовалось времени. Хоть все тело и затекло, но шевелиться я не рисковала.

Проснулась глубокой ночью. Не нужны были часы, что бы понять, что природа погрузилась в сон не так давно.

Гордей тоже спал, но беспокойно. Что-то тихо бормотал, иногда срывался на крик и стоны. В кулаки сжимал простынь, а руки имели практический белый цвет, такая вот бешеная сила сжатия. Слюны было слишком много, он так громко сглатывал. Он злиться или это паничка?

Пару минут смотрю на это сумасшествие, а потом сдаюсь и касаюсь ладонью его груди. Ему просто надо проснуться. Я не хочу снова этой неловкости, но оставить его в лапах собственных кашмаров как-то не по человечески совсем.

Он вздрагивает и открыв глаза, как под гипнозом смотрит на меня. Но взгляд другой. Пустой, холодный. Стеклянный! Как у лунатика! Его рука касается груди, словно пытается нашупать мое касание, благодаря которому проснулся. Кожа красная, особенно место шрама.

Я сама не поняла как он переключился на меня. Гордей навалился всем телом. Откинул на край кровати, опутывая шею краем одеяла. Он молчал, даже не пыталс говорить. Просто бурил меня взглядом. Я лишь извиваясь змейкой, пытаюсь оттолкнуть его ледяное тело, но все тщетно. Силы просто несопоставимы. Мои 167 см против его 195 см.

Сердце колотилось на адреналине. Но чувство аромат смерти, что наполнил комнату начал дурманить голову. Его лицо уже видела не так отчетливо. Все начало расплываться. Кислородное голодание. Не хочу вот так…

— Гордей, — обращаюсь к его сознанию, в момент когда хватка слабеет и удается достучаться до его сознания. Не знаю как смогла выдавить из себя его имя, слава небесам поолучилось.

Его веки опускаются, он делает глубокий вздох и давление на кусок ткани, что чуть не лишим меня жизни, ослабевает в край. Кислород врывается в мои легкие, и начинается кашель, разрывающий горло. Я так жадно хватаю его, боюсь что снова лишат самого важного. Запасаюсь впрок.