Книга Несбывшаяся любовь, страница 95 – Марина Эльденберт

— За прощением — это не ко мне, — жестко сказала я. — Единственное, что ты сделала хорошего — это свела нас с Виктором. За это — спасибо.

После моих слов плечо Виктора вздрогнуло под моими пальцами, а Жанна поняла, что у меня она не получит поддержки, и повернулась к внуку:

— Руслан, не отказывайся от меня. Я твоя бабушка.

— Моя бабушка умерла, когда я был маленьким, — отрезал наш сын. — Вас я совсем не знаю, и знать не хочу.

— Виктор! — всхлипнула она.

— Всего один вопрос, — у Виктора дернулся кадык, — Монах уверен, что отца отправили на тот свет. После инсульта он начал восстанавливаться, а потом вдруг резко умер. Да, это выглядело естественно, но анализы показали в его крови рекордно низкое количество тромбоцитов. Монах считает, что ему подменяли дозировку таблеток. Препаратов, которые разжижают кровь.

И снова я выпала в нерастворимый осадок: да, он говорил, что отцу, возможно, помогли умереть, но не уточнял как. Но и Жанна, кажется, об этом ничего не знала, ее глаза совершенно искренне округлились.

— Клянусь, я ничего об этом не знаю! — выдохнула она. — Если это дело рук Германа… Виктор, я ничего об этом не знаю! Я…

— Это все, что я хотел у тебя спросить. Уходи, — процедил Бёрн. — И не вздумай больше играть в свои игры. В этот раз я тебя отпускаю, в следующий…

Виктору не нужно было объяснять, что за свою стаю он уничтожит. А мы теперь его стая. Семья.

Даже несмотря на напряжение от визита Жанны, эта мысль теплом отозвалась в моей груди. Нежностью.

— А как же дело Князя? — поинтересовалась мать Виктора, смахнув слезы. — Кто его унаследует?

— Все отойдет Монаху.

Она поджала губы, но, скупо пожелав нам удачи, удалилась. Когда Жанна вышла, мне даже дышать стало легче. Правда, ровно на секундочку, потому что в следующий миг Виктор стиснул меня в объятиях и поинтересовался:

— Мы теперь вместе?

— Есть сомнения?

Он то ли простонал, то ли зарычал, прислонившись лбом к моему лбу:

— Ты меня с ума сведешь, Ромашка.

— Ну вы бы хотя бы дождались, пока я выйду! — прервал нас Руслан. — Теперь всю жизнь к психологу ходить.

Мы с Виктором переглянулись.

— К психологу нам теперь всем надо будет ходить, — произнес Бёрн, — и не один год. Будет семейная терапия.

— Нет уж, оставьте мне мое личное пространство хотя бы здесь!

Сын ушел, а Виктор крепко прижал меня к себе.

— Никогда тебя больше не отпущу.

А я не стала добавлять, что совершенно точно не хочу, чтобы он меня отпускал.

— Ты мне так и не скажешь, о чем тебя просил Симонов?

— Скажу. Когда вернусь.

Виктор помрачнел:

— Почему не сейчас?

— Потому что.

— Ответ в стиле Руслана.

— Кстати, о Руслане. Он пригласил в гости Алию.

— Ту самую девочку, из-за которой…

— Из-за которой он расквасил нос Симонову-младшему, да.

Виктор невольно улыбнулся:

— Ты изменилась, Ромашка. Раньше ты была против рукоприкладства.

— И я все еще против, но с этим мы уже ничего поделать не можем, остается принять как данность и зафиксировать факт в анналах истории нашей семьи.

— Мне нравится, как ты это говоришь.

— Что именно? — улыбнулась я.

— Наша семья, — Виктор привлек меня к себе и поцеловал в губы. — А в семье стоит делиться друг с другом всем…

— Не начинай, — фыркнула я. — Все равно я ничего не скажу тебе о просьбе Кости раньше, чем вернусь.