Онлайн книга «Всё будет по-моему! Часть 14»
|
«Моргнуть не успел, а тут вновь твоя рожа. Того глядишь, запомню ведь. Кен, верно?» «Почти верно. Извиняюсь за грубость, но какого хера ты тут делаешь?» «Не за что.» — буркнул Реброс. «Мы знакомы недолго, но я уверен на сто процентов, что ты не стал бы спасать меня за спасибо. Ты в целом не из тех персонажей, кто взаимодействует с мужчинами подобным образом, так кого же я на самом деле должен благодарить?» «Тут ты прав, не усралась мне твоя благодарность.» — согласился Реброс и задумчиво произнёс. — «За свою жизнь я заключал много пари, и почти всегда победные, ведь я не заключаю пари, в которых не уверен. Но в этот раз… Какого хуя ты не девка, Кен? Наизнанку выворачивает, когда мужчины превосходят мои ожидания. В душе не ебу, что такое зависть, но вот чувство сожаления из-за тебя я прочувствовал сполна.» «С кем… Ты заключил… Пари…» — едва сдерживаясь, с надеждой спросил Кён. Как раз в этот момент в воронку спрыгнула обворожительная женщина с таким же лучистым взглядом, как у ее прекрасной дочери. Она осторожно приблизилась к сыну и заключила его в крепкие объятия. У Кёна словно камень упал с души — настолько тяжелый, что тело едва ли не воспарило. Тревоги развеялись, натянутые до предела струны внутри ослабли. Впрочем, чувства эти исходили в основном от бывшего владельца тела, для которого Падма стала настоящей матерью. «Я знала, что ты придёшь за мной, Кён… К счастью, мне удалось придумать кое-что, чтобы спасти тебя от Вальдеров. Я рада, что теперь ты в безопасности.» Кён хотел было ответить, но осекся на полуслове и просто обнял Падму в ответ. Он чувствовал себя ее сыном даже меньше, чем сыном Дианы Стоун, своей приемной матери. В конце концов, настоящий ребенок Падмы, вернее, жалкие остатки его существования, таились глубоко внутри. Сам парень не испытывал такой острой нужды в материнской ласке, чтобы красть ее у маленького мальчика. «У меня есть к тебе вопросы.» — сразу сказал Кён. — «Но сперва я намерен вскрыть живот нескольким свиньям. В том числе твоему бывшему мужу. Подождёшь немного?» «Кён…» — начала было Падма. Но внезапно послышался смех Реброса: «Нихрена себе! Малец, ты что, шестёрку во мне увидел? Охранника своего? Я, блядь, даже не хочу брать тебя с собой! Но в таком случае грош цена моему спасению, если через минуту тебя набьют опилками. Поэтому хватай яйца в кулак и дуй за мной. В ином случае ко мне претензий нет.» Кён едва сдержался, чтобы не высказать пару ласковых, но промолчал. Очевидно, что к дракону неприменимы людские нормы морали. Уж если он за что-то брался, то основательно, доводя дело до конца. Еще в Башне Новичков ящер ясно дал понять: хитрости и полумеры он считает уделом слабаков. А главное, глупо даже допускать мысль, будто Падма — та самая женщина, ради которой Реброс свернет горы или хотя бы поможет ее сыну расчистить путь к Вальдерам. То, что она вообще привела дракона сюда и уговорила «спасти» мужчину — уже само по себе чудо. На пальце Реброса удлинился нефритовый коготь. Дракон небрежно рассек воздух, вызывая искажающий пространство всплеск энергии. Взметнулась пыль, и он шагнул в образовавшийся пространственный разлом. «Извини Реброса за это… Он таков, каков есть. Пошли.» — виновато произнесла Падма и потянула сына за руку, не оставляя ему выбора, тем самым делая маленькую услугу. |