Книга Мы сегодня не умрем, приходи завтра, страница 75 – Саммер Холланд

— Любопытно? – спокойно спрашивает он.

— Нет!

— Лили, не кричи.

— А то что? Я же сказала, вышла покурить! Даже не слушала вас… Своих мыслей полно.

Сигарета в моей руке окончательно тухнет, и затяжка, которую я бездумно пытаюсь сделать, горчит. С отвращением отбросив окурок в сторону, собираюсь вернуться в кафе, но Феликс одним быстрым движением перехватывает меня за талию и прижимает к себе в медвежьем объятии.

— Ты всегда так бесишься, когда виновата?

— Я не виновата!

— А я на тебя и не злюсь. Просто признайся, что было любопытно, и я все объясню.

— Да мне плевать, что там вы обсуждали. Я не поэтому вышла.

— Почему тогда?

Как он может быть таким спокойным? Я едва ли не извиваюсь у него в руках, говорю слишком громко, но крепкий захват не ослабевает, а голос Феликса остается ровным.

Я замираю и умудряюсь развернуться в его руках, чтобы заглянуть ему в лицо.

— Феликс… – Собственный голос выходит каким-то жалобным.

— Что такое?

И только теперь я вдруг понимаю: он правда не злится. И даже если причина, почему я невольно их подслушала, прозвучит по-дурацки… Вдруг он не будет над этим смеяться.

— Мы немного поссорились… с Ламией, – тихо отвечаю я.

— И все? – Он высвобождает одну руку и снова проводит по моим волосам.

— Хотела покурить и остыть. Чтобы не наговорить еще больше.

— Хороший способ, – соглашается Феликс. – Если не считать всего, что ты наговорила мне.

Он коротко целует и выпускает меня из объятий, а потом сам тянется за сигаретами.

— Из-за чего поссорились?

— Не хочу об этом говорить.

— Значит, из-за нас. Давай уведу парней? Посидишь со своими девочками, потом встретимся.

— Нет, – качаю головой я. – Все в порядке, ей просто нужно привыкнуть.

Феликс делает шаг назад и аккуратно заглядывает в окно кафе.

— Вроде ей уже получше, – говорит он.

Я следую за ним и теперь вижу, как Ламия улыбается, глядя на Кемала, пока тот жарко что-то рассказывает, обращаясь к стенам, потолку и бумажному абажуру над столом. Тристан и Люси болтают о своем, и никто, кроме нас с Феликсом, не видит этой нежной и грустной улыбки.

Кемал ей нравится, даже очень. Мне немного стыдно, что я ее так отчитала, а через пять минут сделала то же, из-за чего ругалась. Нужно будет извиниться.

— Когда-нибудь я расскажу тебе эту историю, – обещает Феликс. – А пока пойдем и выпьем.

У самой двери он останавливается, словно вдруг вспоминает о чем-то, и внимательно смотрит на меня.

— Когда экзамены?

— Ближайший во вторник.

— Скоро, – задумчиво трет подбородок он. – Вот что, сейчас погуляем, а завтра готовься. Меня не жди, хорошо?

— Будешь занят?

Не очень понимаю, к чему это он, но… ладно. Нам же необязательно видеться каждый день.

— Вроде того. А ты учись, это хорошее дело. Позвони только в понедельник, скажи, во сколько забрать тебя с экзамена.

Он открывает мне дверь, но, когда мы возвращаемся на свои места, до меня доходит, почему именно мы не увидимся.

— Ты что, как моя бабушка? – наклоняюсь к его уху я.

— Нет, даже я не настолько жесткий, – улыбается Феликс.

— Я сдам экзамен и так.

— Не сомневаюсь. Но если ты завалишь его из-за меня, миссис Хармон может вколоть мне что-то, что мне не понравится. Она же работает в больнице. А я, знаешь, не люблю лишний риск.

Он смеется над собственной шуткой, и ее, оказывается, слышал Тристан. Судя по ужасу, с которым тот теперь на меня смотрит, репутация моего домашнего Гитлера распространяется значительно дальше нашей квартиры.