Книга Наследство с проблемами, или Дракон в моей оранжерее, страница 120 – Алена Шашкова

Я не свожу с него взгляда, показывая, что я услышала, его и жду продолжения.

— Понимаешь же, что дорогие лекарства и нормальное лечение — это роскошь, которую могут себе позволить единицы, — не заставляет меня долго ждать он. — Зато работы опасные, бытовых травм и болезней много.

— Понимаю. То есть лечить есть кого, но заработать…

Рейнар улыбается уголком губ, но эта улыбка не касается глаз.

— Если ставить себе только эту цель, то… — он делает паузу. — Платежеспособность разная. Есть моряки и капитаны — у них деньги появляются после рейсов. Есть шахтеры — у них деньги уходят на жилье, еду, долги и выпивку. Портовые, рыбаки, просто рабочие — эти вообще без денег. Но вас же не только доход интересует?

Меня много что интересует.

— То есть те, кому лечение действительно требуется, оплатить его не может. А те, кто может купить что угодно, чаще требует лекарства «от нервов» и «для совести».

— Последнее вряд ли, — качает головой Рейнар. — У них она просто отсутствует, чтобы ей требовалось лекарство.

Я невольно усмехаюсь.

— А официальная аптека?

— Есть одна лавка. Лицензия от городского аптекарского цеха Фортауна. Делает порошки от жара, настойки от кашля, мази от ушибов, пластыри, спиртовые растирания. Иногда продает воду и воздух, особенно богатым

— Неужели никто не заметил?

— Доказать сложно. Беднякам все равно некуда идти. А богатые лечат несуществующие болезни несуществующими лекарствами — все честно.

Я морщусь.

— Это отвратительно.

— Как есть. По сути — нормальнео устройство маленького захолустного городка. И ему долго везло, что граф и графиня поставляли в аптеку доступные лекарства, а иногда и раздавали просто так, если положение семьи было особенно бедственным.

Допиваю кофе, думая о том, что от этого всего у меня начинает болеть голова.

— Но это же не просто захолустье, — возражаю я. — Это же порт. И, насколько я понимаю, отсюда перевозят эфиролиты не только по Альэртее, но и в южные страны.

— А вот это… Это уже вопрос местных властей, которые, увы, далеки от идеала.

И это тоже не без подтекста: камешек в сторону правящих арканов.

Мне надо искать общий язык с аптекарем, если я хочу выйти на широкую поставку лекарств. Или как мама ходить по отдельным контактам, перебиваясь временными и случайными заказами.

Мы обсуждаем еще конкретные лекарства: что нужно городу и что есть у меня. О чем-то Рейнар расспрашивает подробнее, чему-то даже удивляется.

— Я смотрю, что вы уже готовы к поездке в Гримспорт? — говорит он. — Тогда я не вижу смысла откладывать.

— Я под надзором шадхара Рад’Исента, — развожу руками. — Мне приказано сидеть в поместье.

И на самом деле я думаю, что вряд ли буду перечить Кайану. Я знаю, что происходит вокруг. Я знаю почему. Но самой мне точно с этим не справиться. Но чудится мне, что и тут в вопросе Рейнара есть какой-то скрытый смысл.

Но уточнить я не успеваю. Дверь на кухню открывается, и на пороге появляется раздраженный уже с утра шадхар:

— Будь готова, мы сегодня едем в Гримспорт.

* * *

Ложка застывает в моей руке, так и не донесенная до омлета. Кофе, сахар, разговор о лекарствах, все мои попытки мыслить как будущая хозяйка аптекарского дела — все в один миг становится незначительным.

— И вам доброе утро, шадхар Рад’Исент, — произношу я, медленно опуская ложку обратно на стол. — Как хорошо, что у нас в доме принято начинать день с приятных новостей. А еще объяснять странные решения.