Книга Эликсир красоты, или Это всё Она, страница 76 – Айлин Лин

Я нахмурилась и, не задавая более никаких вопросов, подхватила свой саквояж и помчалась в операционную, на ходу отдавая распоряжения:

— Никакой холодной. Скажи, что я распорядилась, пусть несут её в мою операционную, благо вчера в той комнате наконец-то закончили ремонт!

Полы моего светло-серого халата развевались позади, как крылья большой птицы. Я не позволю кому-то истечь кровью. Не в мою смену!

— Ассистировать будете, — кинула попавшемуся мне по пути целителю Родерику, молодому парню с пушком вместо щетины, он только-только закончил первую ступень лекарской школы и шарахался, боясь даже своей тени.

— Я-я? — проблеял он, вытаращившись на меня своими немного навыкате глазами. Чуть притормозив, мягко улыбнулась.

— У вас появился уникальный шанс стать первым в ОЛЦ врачом, который будет помогать мне во время операции, называемой в моём мире "кесарево сечение". Следуйте за мной, — не терпящим возражений тоном, продолжила я, — вы лекарь. Этим всё сказано!

А затем я мыла руки, Родерик повторял каждое действие за мной, медсестра среднего возраста, одна из самых сообразительных в ОЛЦ, уже была в операционной и, получив от меня свёртки с инструментами, медикаментами, деловито приступила к их стерилизации и расставляла всё в нужном мне порядке.

— Соберитесь, Родерик, вы сейчас спасёте жизнь и не одну, — мой голос был спокоен и полон уверенности, что у парня всё получится. Я видела его отметки в ведомости, и отдельную графу, где выпускника хвалили за усердие и прилежание во время обучения А Еулий Крац не позволял молодому специалисту проявить себя, поставив того выполнять какую-то незначительную работу, чаще грязную и никому не нужную, типа протирания склянок с целебными настойками.

Женщину принесла Гарра. Моя помощница положила свою ношу на кушетку очень бережно, и с надеждой на меня взглянула:

— Миюшка, родненькая, помоги ей, смотри, какая юная. Ей бы жить и жить!

— Я сделаю всё, что в моих силах, — кивнула и добавила: — все, кто не участвуют в операции, покиньте помещение. Гарра, прошу тебя, не допускать сюда никого. Даже если вдруг нагрянет сам король.

Тем временем у входа набилась куча народа и красный от гнева, что его приказ был мной отменён — Еулий Крац.

Вышли все, кроме него, даже грозная Гарра не стала для него аргументом.

— Пошёл вон! — прорычала я и кивнула своей телохранительнице, и та, более не церемонясь, схватила мужика за грудки и оторвала от пола.

— Да как вы смеете! Я должен видеть, что вы тут будете делать! Я буду жаловаться! Напишу жалобу в королевскую канцелярию! Вы у меня ещё пожалеете!

— Пиши, хоть две! — прищурилась я и, более не обращая на него внимания, повернулась к девушке, лежавшей на операционном столе. Её обескровленные губы и синие круги под глазами сказали мне о многом. А ещё роженица была чудовищно худа, словно её не кормили большую часть жизни. Естественно, откуда у молодой женщины найдутся силы разродиться?

— Мирта, какое обезболивающее и как давно ей давали? — спросила я у медсестры.

— Недавно две мерные ложки опиумата.

— Дай ещё одну ложку морфиума, и две кровоостанавливающего, — распорядилась я, натягивая перчатки и подавая вторую пару молчаливому ассистенту. — Родерик, будешь подавать инструменты под той цифрой, какую назову.