Книга Развод. Последний танец с бывшим, страница 93 – Виолетта Весна

Одно касалось света в начале ансамбля. Он мог быть мягче. Второе — расстояния нашего первого шага. Третье — цвета запасного детского пояса. Ни одно не относилось к безопасности. Я записала идеи в личный блокнот для будущих постановок, не отправляя команде.

До события оставалось два дня. Мы больше не могли купить дополнительное время, вернуть архив или улучшить программу последним вдохновением. Оставалось выполнить подготовленное.

Для меня это было труднее любого спасательного рывка и надежнее его.

Я проснулась в семь утра без будильника. До выезда оставалось четыре часа. В расписании не было ни одной причины вставать так рано, но сон уже закончился.

Я не открыла отчет по билетам. Сделала завтрак, собрала лекарства, запасную обувь и распечатанный план нагрузки. Костюм находился на площадке со вчерашнего дня. Музыка была у технической команды. Впервые перед большим выступлением мне не требовалось везти с собой половину события на случай, если остальные забудут.

Родион написал в девять: «Доброе утро. Моя часть готова. Увидимся по графику». Без вопроса о колене, без предложения забрать меня. Я ответила: «Доброе. До площадки».

Майя прислала общее сообщение команде: служебный вход, время допуска, запрет приносить новые файлы и номера ответственных. В конце стояло: «Все изменения только через руководителя блока. Личные просьбы зрителей не меняют рассадку и проходы».

Я приехала на двадцать минут раньше своей отметки и осталась в кафе напротив театра. Раньше ранний приезд казался признаком ответственности. На деле я появлялась до сотрудников, начинала проверять их работу и к открытию уже уставала. Сегодня директор установила время, и мне нужно было его соблюдать.

За соседним столом две женщины обсуждали вечер. Одна показывала билет в телефоне и говорила, что центр, вероятно, скоро станет филиалом сети. Я не вмешалась. Публичная встреча остановила часть слухов, но не могла исправить каждый разговор. После сегодняшнего события факты появятся в отчете, а не в моем объяснении незнакомым людям.

В назначенное время я перешла дорогу. У служебного входа Алена отметила меня в списке и выдала карточку доступа. На ней стояло: «художественный руководитель». Не директор, не жена основателя и не половина пары.

Внутри уже работали все участки. Майя принимала звонок от билетного сервиса, Наталья проверяла пожарные проходы, Мария встречала детей. Родион разговаривал с техником у сцены. Он увидел меня, кивнул и закончил задачу, прежде чем подойти.

— Доброе утро, — сказал он.

— Уже день.

— Для меня утро закончится после открытия дверей.

— Тогда доброе рабочее утро.

Он улыбнулся и вернулся к сцене. Мы не прятались друг от друга и не создавали отдельный общий центр внутри команды.

В день юбилейного вечера Майя запретила мне спрашивать число пришедших до антракта.

— Вы отвечаете за участников, — сказала она. — Вход, возвраты и касса у меня. Если возникнет решение, для которого нужна собственница, я приду сама.

Я согласилась и следующие два часа трижды ловила себя на пути к фойе. Каждый раз возвращалась за кулисы.

Участники прибывали по графику. Детей передавали ответственному преподавателю по списку. Костюмы проверяли при входе. Технические файлы загрузили с основного носителя, резервный остался у Майи. Вечеру хватало обычных рисков: ошибки, опоздания или волнения.