Книга Я больше не ваш тыл, генерал, страница 17 – Виолетта Весна

Мой офис вскрыли.

Лев спрашивал Арсена, когда он придет.

И чем больше Арсен запрещал, тем яснее я понимала: в этой истории я уже не сторонний человек.

— Я перезвоню, — сказала я.

— Варвара, не смей…

Я сбросила.

Полина посмотрела на меня так, будто уже знала, что я сейчас скажу.

— Даже не думай.

— Мне нужно увидеть ее.

— Нет.

— Поля, она обращалась ко мне. Ее письмо исчезло. Кто-то пришел за ее делом сегодня, в ночь после моего развода.

— Именно поэтому ты не поедешь к ней.

— Я не собираюсь устраивать сцену.

— А что? Вежливо спросишь у возможной любовницы бывшего мужа, почему ее мертвый муж писал тебе о коррупции внутри закрытой службы?

Я помолчала.

— Примерно.

— Варя.

— Мне нужно понять, она врала или он.

— Может, оба. Может, никто. Может, ты просто сунула голову в мясорубку, а я сейчас должна объяснить тебе, что голова у нас одна.

Я посмотрела на нее.

— Если бы к тебе четыре месяца назад обратилась женщина, а потом ее письмо исчезло, ты бы сидела дома?

Полина отвела взгляд первой.

— Ненавижу, когда ты используешь мои же принципы против меня.

— Значит, поедешь со мной?

— Нет. Я останусь здесь и прослежу, чтобы полиция не потеряла половину твоего архива. А ты…

Она замолчала.

— Что?

— А ты хотя бы не едь на своей машине. И не звони ей заранее. И держи геолокацию включенной.

Я почти улыбнулась.

— Это благословение?

— Это фиксация моей беспомощности перед твоим упрямством.

Она взяла мой телефон, включила передачу геопозиции, отправила себе ссылку, потом достала из сумки маленький перцовый баллончик.

— Возьми.

— Поля.

— Не спорь. Я адвокат, а не твоя мать, но сейчас очень близка к тому, чтобы начать орать.

Я взяла баллончик.

— Если что-то пойдет не так, — сказала она, — ты не геройствуешь. Выходишь. Звонишь мне. И да, если появится Градов, не начинай с ним выяснять брак на лестнице. Убьют не из-за развода.

— Умеешь поддержать.

— Я умею читать дела погибших.

Через сорок минут я уже стояла на другой стороне улицы Кедровой.

Дождь начался внезапно. Мелкий, колючий, почти невидимый в свете фонарей. Он ложился на волосы, на воротник пальто, на ресницы, а я смотрела на дом напротив и пыталась убедить себя, что еще могу развернуться.

Дом был обычный.

Двенадцать этажей, закрытый двор, продуктовый магазин на первом этаже, аптека, темные окна, несколько машин у подъезда. Никакой романтической тайны. Никакого дорогого любовного гнезда. Просто место, где люди возвращаются с работы, выносят мусор, ругаются из-за парковки и покупают хлеб.

Но на уровне пятого этажа горело окно.

То самое.

Неделю назад я видела, как Арсен выходил из этого подъезда с Таисией и Львом. Тогда двор казался мне декорацией предательства. Сейчас — ловушкой.

Я проверила телефон.

От Полины: «Ты на месте. Вижу. Десять минут на разведку. Потом звонишь».

От Арсена — ничего.

Это пугало сильнее всего.

Он либо решил не давить, либо уже ехал сюда.

Я перешла улицу.

Код на домофоне я знала. Не потому, что выслеживала. Потому что в тот день, когда увидела Арсена, из подъезда вышла женщина с собакой, и я машинально запомнила цифры. Юридическая профессия портит человека: замечаешь лишнее даже тогда, когда сердце разваливается.

Дверь щелкнула.

В подъезде пахло мокрой одеждой, детским велосипедом и хлоркой. Лифт был старый, с зеркалом, покрытым мелкими царапинами. Я поднялась на пятый этаж и вышла в узкий коридор.