Книга Развод. Генерал, начинайте с нуля, страница 24 – Виолетта Весна

— Это твоя. О повышении квалификации в Казани.

— Я искала ее весной.

— Она была в моем архиве. Видимо, приложили к общему пакету при переезде.

— Возьми папку целиком, дома разберешь. Если найдешь мои документы, передашь по описи.

— Хорошо.

Когда коробки были закрыты, он предложил вызвать грузовое такси. Раньше позвонил бы водителю из управления, не задумываясь, что услуга связана с должностью. Сейчас открыл обычное приложение, сравнил время и цену, оформил заказ на свое имя.

— Машина будет через двадцать минут, — сказал он. — Я успею вынести к подъезду.

— Помогу с лифтом.

— Не нужно.

— Я не спрашивала, нужно ли тебе. Я предложила. Можешь согласиться или отказаться.

Андрей посмотрел на четыре тяжелые коробки.

— Согласен. Одну поездку с лифтом.

Мы отвезли коробки вниз. Водитель помог поставить их в кузов. Андрей поехал следом на своей машине, а я вернулась в квартиру. На столе осталась папка с его документами. Та самая, которую он собирался забрать.

Я написала: «Папка с обучением осталась на столе. Могу передать в понедельник на встрече с юристами или сегодня, если вернешься».

Ответ пришел быстро: «Нужна завтра для анкеты. Если тебе по пути, завези. Если нет, вернусь через час».

Его новый адрес находился в пятнадцати минутах езды, а мне нужно было забрать заказ из магазина в соседнем квартале. Я написала: «Завезу к семи. Поднимусь на пять минут».

Андрей встретил у подъезда. Сам донес папку, но не стал закрывать мне дорогу наверх.

— Чай предлагать можно? — спросил он в лифте.

— Можно. Я откажусь, потому что у меня замороженные продукты в машине.

— Тогда покажу, где живу, и отпущу.

Квартира была обычной: небольшая кухня, диван, стол у окна, шкаф, узкая спальня. Никакой показной бедности. Андрей снимал ее по рыночной цене, мебель входила в договор. На кухонной стойке лежали чеки, договор аренды и инструкция к стиральной машине.

— Не разобрался? — спросила я, заметив инструкцию.

— Разобрался. Хотел понять, почему программа идет два часа сорок минут.

— И почему?

— Экономит воду и мое терпение одновременно.

Я улыбнулась. На сушилке висели рубашки. Одна была выстирана вместе с темной вещью и приобрела сероватый оттенок.

— Белое отдельно, — сказала я и тут же пожалела о замечании.

Андрей посмотрел на рубашку.

— Уже понял. Второй опыт будет лучше.

Он не спросил, чем вывести оттенок, и я не стала объяснять. Бытовая самостоятельность взрослого мужчины не заслуживала награды, но его готовность не перекладывать мелкую ошибку на меня я отметила.

— Оценка доли готова, — сказала я. — Три миллиона шестьсот. В понедельник сравним с твоей.

— Мой оценщик предварительно назвал диапазон от трех четырехсот до трех девятисот.

— Значит, большого спора не будет.

— Я все равно предлагаю не учитывать долю. Ты создала бюро.

— Мы уже решили, что учитываем все.

— Арина, я получу почти все накопления. У меня есть пенсия и будущий доход. Тебе придется платить за квартиру и собственную компанию.

— Не за собственную компанию. За твою долю в общем имуществе. Если ты откажешься от нее без расчета, каждый наш будущий разговор будет иметь скрытую приписку: ты оставил мне несколько миллионов.

— Я не стану напоминать.

— Ты можешь не напоминать. Я буду помнить.

Он сел за стол, оставив мне стул напротив.