Книга Марсельская сказка, страница 152 – Елена Букреева

— То есть это его похитили? — полицейский свёл густые чёрные брови к переносице, переводя недоуменный взгляд с меня на Реми. — Я ничего не понимаю! Кто кого похитил? Между прочим, я спешу в участок, и если вы двое что-то не поделили между собой, прошу не ввязывать в ваши семейные распри полицию!

— Да что с вами не так?! — голос мой сорвался. Я чувствовала, как предательски горят щеки и жжёт в глазах, и сжала кулаки, вздёрнув подбородок, решительно настроенная добиться своего. — Меня зовут Эйла Маклауд! Двадцатого июня меня похитили из моего поместья в Шотландии, усыпили и привезли сюда! Это были бестирийцы, ваша местная мафия, и сейчас я прошу, нет, требую, доставьте меня в полицейский участок в Париже! Не в пригороде и где-либо ещё! Вы ещё не поняли? Я сбежала от чёртовых мафиози, сбежала от вашей доблестной полиции в Шеризе, которая, между прочим, прислуживает им! Я, мы, не питались нормально несколько дней, спали чёрт знает где, несколько раз отбивались от преследования и были в бегах, как какие-то преступники! И вы по-прежнему считаете, что это какие-то семейные распри? По-моему, я очень даже, чёрт подери, серьёзна! Боже, да не смотрите на меня так! Ах! У меня же есть доказательства, — я бросилась к багажнику, который Реми не успел закрыть, и под его удивлённый взгляд полезла в сумку. Да где же оно… я точно оставила его в кармане жакета… ах, вот! Схватив несчастный клочок бумаги, я вернулась обратно к ошеломленному моей речью полицейскому и протянула ему самое что ни на есть весомое доказательство. — Это статья в шотландской газете, которую я забрала у одного из бестирийцев. Вы знаете английский? — он покачал головой. — Здесь написано о том, что меня похитили. Я дочь известного лорда Бэлфора. Вы видите мою фотографию? Это я.

Полицейский перевёл взгляд с обрывка газеты на меня и нахмурился. Ну, конечно, дама с изысканными локонами, уложенными в аккуратную причёску, с жемчужными серьгами больше её ушей и броским макияжем едва ли походила на измученную, растрепанную меня с царапинами и ссадинами на лице, в порванном платье… но это по-прежнему была я! Надеясь получить поддержку от Реми, я обернулась к нему, но столкнулась лишь с ледяным непроницаемым взглядом его глаз. Он смотрел в сторону. О чем он думал? В душе с двойной силой заклокотало волнение. Наконец, полицейский произнёс:

— Я вам верю, мадемуазель…

— Маклауд.

— Мадемуазель Маклауд. Я доставлю вас в участок. Там мы со всем разберёмся.

Будто огромный камень тотчас спал с моих плеч. Я облегчённо выдохнула, чувствуя, как слёзы благодарности обжигают мои щёки. С ума сойти! Это ведь такое везение! Неужели скоро всё закончится? Радостный смех сорвался с моих губ, я обернулась к Реми и вдруг замерла, будто опомнившись. Что же теперь будет с нами? Сейчас, когда конец нашего путешествия так неминуемо близок?

— О, месье, вы тоже поедете с нами, — пояснил полицейский, садясь на мотоцикл. — У вас есть с собой какие-нибудь документы, подтверждающие вашу личность?

Я с надеждой посмотрела на Реми, и осознание, мелькнувшее в моей голове, заставило сердце болезненно сжаться. Обернувшись к полицейскому, я вздохнула и сделала несколько шагов к Реми. Он вытащил из багажника сумку со своими вещами и захлопнул дверь. Хмурый, как всегда, с какой-то странной печалью в глазах.