Книга Месть и любовь травницы, страница 72 – Эмма Серсанд

Я потянула его на себя, заглядывая в глаза туманные от дурмана, откидываясь на циновку, увлекая его за собой.

— Мой генерал... — голос сорвался на хриплый, умоляющий шепот. — Не мучай нас обоих, моя кровь горит, этот яд убивает меня. Стань моим лекарством... погаси этот огонь, возьми меня, умоляю, Ширэн.

Он замер, нависая надо мной, опаляющее дыхание было рваным, напрочь лишенным благородной сдержанности.

Сильное тело дрожало от напряжения, воля воина сломалась под натиском страсти, которую он больше не мог и не хотел сдерживаться.

Возбуждение от действия благовоний то накатывало сильней и тянуло меня в чувственный омут, то отступало немного.

Но даже тогда мужские руки на моей талии, жаркое дыхание на моей шее, не давали мне вырваться. Только где-то глубоко внутри вспыхивала искра рассудка, которая кричала: беги, пока он не узнал тебя, но тут же гасла.

Я не могла сбежать и не хотела.

Пальцы Ширэна вцепились в мои плечи, он отстранился, на мгновение застыв надо мной.

В полумраки я видела как он лихорадочно всматривается в мои черты.

— Ты... — прошептал дрогнувшим голосом, в нём было желание, но вопрос прозвучал жёстко, даже требовательно. — Чья ты?

Я молчала, только вдыхала его запах и гладила пальцами волосы, тянулась к нему как лиана. Обвить, притянуть к себе…

Но он грубо схватил мои запястья, прижал их к циновке, и медленно провел по ладони рукой. Подушечки его пальцев касались моей кожи, он не ласкал, а ощупывал мои руки, проверяя насколько они ухоженные.

— Кожа нежная... но…

Даже сквозь возбуждение и тягу к нему меня пронзил острый страх.

Я окаменела.

Нет, он не сможет понять, мои руки теперь не такие мягкие и нежные как у наложниц, и не руки травницы, в мозолях и порезах, но он проверял меня! Искал подтверждения своим подозрениям...

— Отвечай, — голос стал злым и он резко опрокинул меня навзничь, нависая сверху.

— Чья ты, я спрашиваю. Из какого дома?

Его лицо было так близко, но я видела только глаза, тёмные и горячие, в которых смешались желание и подозрение.

Я сглотнула судорожно, пытаясь прогнать туман из своих мыслей, — я всего лишь девушка, которая работает здесь.

Кажется он мне не поверил, челюсть дернулась, пальцы на моих запястьях сжались сильнее.

— Ты лжёшь.

Я зажмурилась, пытаясь собраться с мыслями, а он наклонился ниже, вдыхая запах моей кожи, словно надеялся его узнать.

— Отвечай, — повторил он, хриплым от напряжения голосом. — Твой хозяин отпустил тебя сюда или это мой собственный ад воплотился в реальность?

Я собрала остатки воли и прошептала:

— Я не знаю, о чем вы говорите.

Пальцы ослабили хватку, но рук он не убрал. Я видела, как он колеблется между желанием поверить и подозрением.

Потянулась к нему и прикоснулась губами к напряженной шее, он не смог устоять.

Тихо застонав, опустился на меня тяжестью своего тела.

Вспышка. Я выгибаюсь навстречу его движению и острое чувство болезненного удовольствия поглощает все.

Волна облегчения прокатывается по нашим телам, оставляя чувство единения и правильности происходящего.

— Даже если это видение насланное дурманом, я не хочу просыпаться, — бормотал Ширэн

Он двигался резко, несдержанно наполняя меня собой до конца, целуя опухшие губы почти до боли. Вел себя совсем не так как положено, но… мне нравилось.