Книга Иномирная колючка его высочества, страница 130 – Юлия Зимина

Она резко вскинула руки ладонями вверх. Из ее тонких пальцев с тихим, гудящим звуком начал сочиться густой, переливающийся фиолетовыми искрами мрак. Тьма откликнулась на ее призыв, готовая вступить в бой за чужую жизнь.

— Мы с моей девочкой сможем! — с фанатичной уверенностью заявила колючка.

Ория замерла на стуле, завороженно и испуганно глядя на клубящуюся магию. Я не произнес ни слова. Не смел мешать. Лишь смотрел на Кирию, всем сердцем, всей душой молясь Свету, чтобы у ее Тьмы всё получилось.

Кирия сделала шаг к служанке, намереваясь положить руки ей на плечи, но тут...

Ория внезапно дернулась. Соскочила со стула и проворно сделала пару шагов назад, уходя из-под магического воздействия.

— Ты чего? — искренне не поняла Кирия, недовольно нахмурившись и остановившись.

— Если... — Ория судорожно сглотнула, ее грудь тяжело вздымалась. — Если вам, госпожа, каким-то немыслимым образом получится мне помочь... то вы потеряете главное доказательство в моем лице.

Я замер, пораженный. Нахмурился, осознавая всю правоту ее слов. Механика «Поцелуя сирены» была такова, что яд можно было распознать в теле человека с помощью особых артефактов только в первые сутки, пока он блуждает по кровеносной системе. Как только он растворится и ударит по органу — следов уже не найти.

— Ты хочешь снова пожертвовать собой?! — ахнула Кирия, и магия на ее ладонях возмущенно заискрила. — Ты с ума сошла?!

— У меня есть заключение алхимика, что в моем зубном порошке был именно этот яд, — быстро вмешался я, пытаясь отговорить служанку от этого безумного шага. Мой голос звучал твердо, хотя внутри всё сжималось. — Отцу этого будет достаточно, чтобы поверить в причастность Октавии. Нам не нужно рисковать тобой.

— И всё же, Ваше Высочество, с этим запрещенным ядом в моей крови вам будет гораздо легче обвинить Императрицу, — твердо, глядя мне прямо в глаза, прошептала Ория. В ее заплаканном лице вдруг проступила такая стальная решимость, какой позавидовал бы любой гвардеец. — От бумаги можно отказаться, назвать ее подделкой. А от живой отравленной крови — нет.

В моей груди носился настоящий ураган эмоций. Я понимал, что она права. Без ее отравленной крови доказать вину Октавии будет в разы сложнее. Но я так же четко понимал, что жизнь этой преданной, смелой девушки тоже важна!

— Я решила, — Ориа расправила плечи, ее голос перестал дрожать. — Это моя жизнь. И мне выбирать, как именно с ней поступить, — она перевела взгляд с ошарашенной Кирии на меня и низко, с глубочайшим почтением поклонилась. — Отведите меня к Императору, Ваше Высочество. Пусть при нем, при его личных врачах, у меня возьмут кровь и проверят на наличие яда. А потом... — Ориа повернула голову к Кирии, ее губы дрогнули в полной надежды улыбке. Она снова тихо всхлипнула, но тут же взяла себя в руки: — Если госпожа всё еще согласится и сможет мне помочь... я буду благодарна ей до конца своих дней!

55. Назад дороги нет

Кира

Злость накатила на меня обжигающей волной. Октавия... настоящее чудовище!

Безжалостное и беспощадное!

«Поцелуй спящей сирены».

Название яда вспыхнуло в голове, и память настоящей Кирии услужливо подкинула мне информацию из фолиантов. Это была не просто отрава. Это был изощренный, садистский приговор. Яд, который сутки таится в крови, как невидимый шпион, а затем впивается в самый уязвимый орган, заставляя его гнить заживо. Жертва умирает в адских, невыносимых муках, сгорая от «естественной» болезни, пока лекари лишь беспомощно разводят руками.