Книга Ненужная леди Асгарда, страница 95 – Виолетта Весна

— Зеленая госпожа велела вести, — сказал он. Лиан сделал шаг.

— Ты видел ее?

— Все видят, кто ходит к корню.

— Она говорила?

— Когда может.

— Она знает, что мы пришли? Мальчик посмотрел на него так, будто вопрос был глупым.

— Она держала дверь до вас. Тэсса тихо сказала:

— Как тебя зовут?

— Мирк.

— Ты родился здесь?

— Да.

— Небо видел? Мальчик отвернулся.

— Ния видела. Она расскажет. В этом ответе не было зависти. Только уверенность, что девочка, выбравшаяся наверх, теперь стала общей памятью для тех, кто остался. Селеста сжала ремень сумки.

— Если мы откроем путь, я выведу больных. Мирк посмотрел на нее с недоверием.

— Верхние лечат тех, у кого есть окна.

— Я буду лечить тех, кто дышит.

— Все так говорят красиво, когда приходят впервые. Селеста не обиделась. Она только кивнула.

— Значит, буду говорить меньше. Мирк повел их по улице. Нижний Асгард не был мертвым. Это стало ясно уже через несколько минут. В боковых переулках сушились грубые ткани. На каменных подоконниках стояли чаши с грибами и светящимися травами. В нишах стен дети рисовали углем круги, мосты и странные белые лица без глаз. Женщина чинила сеть, мужчина точил нож, старуха у двери перебирала костяные бусины. Жизнь здесь была бедной, урезанной, подземной, но упрямой. И именно это злило сильнее всего. Верхний Асгард не просто похоронил развалины. Он похоронил людей и сто двадцать лет называл их отсутствием. Хольм шел молча, но лицо его становилось все тяжелее.

— Капитан, — сказала Варвара тихо.

— Вы не могли знать всего.

— Зато мой Дом мог спрашивать.

— Теперь спрашивает.

— Поздно.

— Да. Но не бесполезно. Он посмотрел на нее сбоку.

— Вы слишком часто даете людям неудобное утешение.

— Удобное обычно лжет. Астор услышал и едва заметно повернул голову. В его взгляде было что-то новое — не мягкость, нет, для него это было бы слишком просто. Скорее признание, что ее слова не просто поддерживают, а держат прямо там, где хочется согнуться. Улица вывела их к площади северного корня. Варвара остановилась. На рисунке Нии корень был большим. В реальности он оказался огромным. Каменная жила поднималась из глубины Нижнего Асгарда и уходила в свод, теряясь в золотых трещинах. Она была не гладкой, а переплетенной, как ствол дерева из множества застывших рук. Вокруг нее тянулись белые зеркальные наросты — тонкие, хрупкие, с блестящими краями. Они не отражали лица. В них мелькали обрывки: детская комната, рука с пером, закрытая дверь, женский рот без голоса, зеленая лента, черное кольцо Морвена. У основания корня стояла женщина. Лисса Рейвен. Время не оставило ее такой, какой помнили братья. Ей давно не было шестнадцать, и все же в ней осталась тень той девушки с зеленой лентой, ушедшей за музыкой. Она была очень худая, почти прозрачная от усталости, с длинными темными волосами, перевязанными выцветшей зеленой тканью. На правой руке от запястья до плеча чернел знак ворона — не нарисованный, а вросший в кожу. Ладонь этой руки была вжата в камень северного корня. От пальцев вглубь корня уходили серебряные линии. Вторая рука свободно висела вдоль тела. На ней были шрамы. Много. Лиан не смог произнести ни слова. Астор тоже. Лисса повернула голову. Сначала она посмотрела на Варвару, потом на договорную кость, затем на Астора.