Книга Семь писем до свадьбы с Чёрным канцлером, страница 86 – Алекс Скай

— Кайр.

Он подошёл, и я развернула документ к свету. Приказ был датирован семью годами ранее, за два дня до исчезновения Иллены Тейс. По нему её переводили из дворца в Северное королевское хранилище для сверки старых актов; маршрут предписывалось не заносить в общий журнал до завершения передачи. До хранилища Иллена не добралась.

Под распоряжением стояла подпись: Кайр Эстель. Рован прочитал лист через моё плечо. Лицо у него стало жёстким.

— Это тот приказ, — сказал он.

Кайр взял документ, но не стал отрицать подпись. Я коснулась нижней строки. Первое ощущение было хуже сомнения: след не походил на старую подпись, использованную позднее на чужом тексте. Для окончательной проверки требовались инструменты, но бумага уже говорила достаточно.

В ту ночь я ещё не знала причин. Знала только факт: Кайр подписал приказ, который отправил Иллену туда, откуда она не вернулась.

Глава 8. Цена доверия

Документ лежал между нами, и впервые за всё время я не хотела к нему прикасаться.

К утру сомнений не осталось. Я проверила бумагу, дату, нажим и последовательность штрихов при хорошем свете: приказ был составлен семь лет назад, а подпись Кайра появилась вместе с текстом, не раньше. Никакого старого бланка. Никакой знакомой нам уловки.

Я пришла в его кабинет сразу после рассвета. Кайр был в той же одежде, в которой мы ночью исследовали проходы под дворцом; судя по двум догоревшим лампам, он тоже не спал. Я положила приказ на стол.

— Это ваша подпись?

Кайр даже не посмотрел на нижнюю строку.

— Моя.

— Вы знали, что произойдёт? — спросила я.

Кайр ответил не сразу. Пауза не была поиском красивого оправдания — он просто понимал, что удобного ответа здесь не существует.

— Знал, что может произойти.

Мне стало легче всего на один короткий миг. До следующего вопроса.

— И всё равно подписали?

— Да.

Я ждала продолжения. Он ничего не добавил: ни «но», ни «у меня не было выбора», ни «вы не понимаете обстоятельств». Просто признал. Передо мной стоял человек, который за несколько дней успел стать самым полезным союзником и одновременно главным источником причин ему не доверять.

До вчерашнего вечера я считала его худшей привычкой стремление решать, какую часть правды другим позволено знать. Теперь увидела более тяжёлую сторону: Кайр мог понимать риск и всё равно ставить подпись.

— Рован видел этот документ? — спросила я.

— Да.

— Семь лет назад?

— После исчезновения Иллены.

— И решил, что вы её предали.

— Да.

— Вы позволили ему так думать.

— Да.

С каждым коротким ответом становилось труднее удерживать голос ровным.

— Почему?

— Потому что тогда объяснение подвергло бы опасности другого человека.

— Какого?

— Не назову.

Я рассмеялась. Совсем недолго.

— Конечно.

Кайр не отреагировал.

— Даже сейчас? После всего?

— Особенно сейчас.

— Вы понимаете, что ваш ответ звучит как очередная удобная государственная тайна?

— Понимаю.

— И вам всё равно?

— Нет.

— Тогда объясните.

— Не могу.

— Не хотите.

— В данном случае разница не поможет вам.

Я взяла приказ. Строки были сухими, аккуратными и совершенно обычными.

Перевести Иллену Тейс во временное распоряжение Северного королевского хранилища.

Сопровождение — два человека внутренней службы.

Маршрут не заносить в общий журнал до завершения передачи.