Книга Семь писем до свадьбы с Чёрным канцлером, страница 108 – Алекс Скай

Марек Восс присутствовал при регистрации.

— Марек.

— Да.

— Вы подозревали его?

— Сначала отца.

— Олдена.

— Да. Потом самого Марека.

Рован взял другой документ.

— Почему не задержал?

— За что?

— За это.

— За присутствие при законной государственной процедуре?

Рован сжал губы. Кайр продолжил:

— До сегодняшнего дня у меня не было скрытого реестра. Только совпадения, изменённые записи и люди, которые резко меняли решения после контакта с Книгой.

— А шесть женщин?

— Они подходили ближе всех.

Я открыла дело матери.

— Первая была Селена.

— Да.

— Она обнаружила механизм.

— Частично.

— А потом Аларик...

Кайр поднял руку.

— Тогда королём был его отец.

Я остановилась. Верно. Двадцать один год назад Аларик был наследником.

— Значит, схема старше его.

— Механизм — да.

— Использование?

— Тоже.

— Тогда почему вы подозреваете именно Аларика?

Кайр открыл вторую папку. Там лежал единственный документ. Копия старого указа. Подпись предыдущего короля. Под ней — молодая подпись Аларика как наследника. Текст касался расширения полномочий Книги Короны в период «угрозы государственному порядку».

— Вот когда исчезло требование добровольного согласия, — сказал Кайр.

Я перечитала дату. За четыре месяца до пожара.

— Аларик участвовал.

— Да.

— Ему было двадцать три.

— Да.

— Он знал, что меняют правила.

— Должен был.

Рован спросил:

— Но мог не понимать последствия.

— Именно поэтому я не предъявил обвинение тогда.

— А позже? — Кайр перевернул страницу. На обороте лежала копия другого распоряжения. Через год после восшествия Аларика на престол.

Разрешить применение закреплённой государственной клятвы без личного присутствия носителя должности в случае угрозы короне.

Подпись:

Аларик IV.

Я читала медленно.

— Это уже его решение.

— Да.

— Он расширил систему.

— Да.

— И продолжал использовать.

— Да.

— Вы знаете это наверняка?

Кайр достал ещё один документ. Совсем свежий. Трёхмесячной давности. Запись о члене Совета, который выступал против нового налогового распоряжения. Через день после визита к королю проголосовал «за». В скрытом реестре мы видели его имя.

— Вот зачем Марек ходил к Книге три месяца назад, — сказала я.

— Именно.

— Он говорил, что был с королём.

— И впервые за эти дни, вероятно, не лгал.

Рован прошёлся вдоль стола.

— Значит, схема простая. Король выбирает человека, связанного государственной клятвой. Марек активирует запись.

— Не совсем, — сказал Кайр. — Для некоторых формул необходима королевская воля, для некоторых — печать хранителя, для некоторых обе.

— И жертва подчиняется.

— Не как кукла.

Я посмотрела.

— Что значит?

— Судя по старым случаям, Книга не управляет каждым движением. Она закрепляет конкретное обязательство. Человек может сопротивляться, искать обходные пути, даже понимать, что действует против собственного желания. Но если формулировка достаточно точна...

— Исполняет.

— Да.

Я вспомнила одну запись.

Исполнение приказа вопреки личному отказу.

— Поэтому государственные клятвы должны быть добровольными.

— Изначально именно так система и работала.

— А потом кто-то убрал это слово.

— Несколько поколений назад.

— Аларик не создал зло.

— Нет.

— Но пользовался им.

— Да.

Впервые схема складывалась почти без пробелов. Мать нашла изменения и поняла, что через Книгу можно принуждать людей. Пожар уничтожил часть доказательств, но потом к тому же механизму одна за другой подошли Элара, Веста, Илиса, Найра и Иллена. Каждая успела узнать достаточно, чтобы стать опасной.