Книга Неприятности по обмену, или Магическая интеграция, страница 52 – Екатерина Богданова

— Я и перехожу, — раздражённо ответил… вымирающий, но выглядящий вполне себе живенько дракон. — Магистар озаботился спасением драконов и ограничил наши возможности к… выживанию теми, кто идеально подходит для каждого дракона индивидуально. Проще говоря, мы чувствуем тех, с кем идеально сочетаемся в физическом, эмоциональном и энергетическим плане. И, почувствовав сочетаемого партнёра, наша драконья суть, скажем так, просыпается. Она… слегка выходит из-под контроля и начинает подталкивать нас к паре.

— Только не говорите этого, не говорите, пожалуйста! — взмолилась я.

— Моя сочетаемая пара это ты, Рина, — проигнорировал мою мольбу Алистер.

— Вы что, размножаться со мной собрались⁈ — взвизгнула я, опять вскочив из-за стола. — Я что, беременна драконёнком⁈ Ой мамочки! Вы же рептилии! Я что, яйцо отложу⁈ А потом высиживать его буду⁈

Дракон уставился на меня с непередаваемым выражением лица, а потом просто нагло расхохотался.

— Успокойся, Рина! — сквозь смех произнёс он. — Ты не беременна. И уж тем более не будешь откладывать яйца. Как ты себе это вообще представляешь?

И он опять начал хохотать.

— Сейчас ударю, — пробурчала я.

— Извини, извини, пожалуйста, — стараясь успокоиться, проговорил ректор. — Просто я и предположить не мог, что у тебя настолько богатая фантазия. Присядь, пожалуйста, я всё объясню.

— Точно не беременна? — сощурившись спросила я, садясь за стол.

— Точно, — улыбнулся Алистер. — Во-первых, драконы магические создания. В физическом плане мы такие же люди, как и все остальные, обращаться нам помогает особая магия, которая проявляется только годам в пять. Так что, размножаемся мы вполне естественным путём. Но для того, чтобы у наших детей проявилась та самая редкая магия, необходимо особое сочетание энергетических полей родителей.

— Да не буду я с вами размножаться! — возмутилась я.

— И тут мы переходим к «во-вторых», — заявил ректор. — И, собственно, во-вторых, наше совместное купание было своего рода обручением. Разделив со мной огненную воду, ты… скажем так, дала согласие дракону во мне на активные действия. Это, конечно же, не имеет никакой правовой силы, но связь между нами стала сильнее. Магистар отметил тебя, как мою пару.

Я из всего услышанного зацепилась за самое главное — никакой правовой силы!

— Так юридически я вам ничего не должна, правильно? — спросила сощурившись.

— Не должна, — кивнул он. — Но…

— Вот только нужно этих «но», — помотала я головой. — Хватит, наслушалась!

И начала остервенело есть, заедая стресс. В гробовом молчании приговорила вкусное, между прочим, мясное рагу, заела парочкой маленьких кексов с терпкими, солоновато-острыми семянками и потянулась к десерту.

— Рина, — позвал меня Алистер.

— Что? — рыкнула, отправляя в рот очередную ложечку крема с какими-то фруктами.

— Я не могу понять, что ты чувствуешь, — поведал мне дракон. — Твоё сердцебиение подозрительно спокойно.

— А-а-а, так это я пока ещё не переварила всю степень своих неприятностей, — ответила, взмахнув ложечкой.

Содержимое ложки отделилось, собственно, от ложки и, описав дугу, шлёпнулось на плечо ректора.

— Попробуйте, вкусно, честно, — заявила я, и продолжила наслаждаться десертом.

Алистер покосился на своё плечо, подцепил пальцем обосновавшийся на нём крем, попробовал и невозмутимо произнёс: