Книга Неприятности по обмену, или Магическая интеграция, страница 51 – Екатерина Богданова

— И чего кричать? Могли бы нормально объяснить, что голодны, — проворчала, усаживаясь за стол и изображая живейший интерес к содержимому своей тарелки.

— Я действительно голоден, Рина, — чуть оттаяв произнёс дракон. — Противостояние инстинктам требует больших энергетических затрат. Но проблема не в этом.

— А в чём же? — предельно вежливо и спокойно поинтересовалась я.

— Мне нужно немного времени, чтобы… подобрать правильные слова, — поморщился он.

— И вот я опять в ужасе, — прошептала, со звоном опустив вилку на край тарелки.

— Я чувствую, — опять поморщился ректор.

— А вы можете хотя бы на время разговора отключить эту повышенную чувствительность к моим эмоциям? — спросила с надеждой.

— Но тогда я не буду знать, когда стоит остановиться и… подобрать другие слова, — заявил Алистер.

— Знаете, в моём мире люди как-то общаются и без детекторов эмоционального состояния собеседника, — проговорила задумчиво. — И представляете, понимают друг друга, и даже как-то находят общий язык.

— Не думаю, что наш с тобой случай относится к обычным, — криво усмехнулся ректор.

— Это да, — вздохнула я, ковыряя вилкой содержимое тарелки. — И какой же у нас с вами повод случился?

То, что это купание в бурлящем бассейне мне аукнется, я уже поняла, но пока чувствовала себя как обычно. Никаких физических проявлений не было. На счёт эмоционального состояния я бы сейчас не рискнула судить, слишком испугана и взволнована. И тот факт, что Алистер тянет время, только ещё больше нервировал.

— Надеюсь, вы не заразили меня своим… драконством? — спросила с усмешкой. — В смысле, я не начну обрастать чешуёй и когтями.

— Нет, — засмеялся ректор. — Моё, как ты выразилась, драконство не заразно. Драконом можно только родиться.

— И то хорошо, — выдохнула я с заметным облегчением.

— Но наше совместное купание всё же имело большое значение, — продолжил он, и я задержала дыхание.

Ну всё, сейчас он скажет что-то, вроде «Извини, Рина, но теперь тебе придётся служить мне до самой твоей смерти, потому что ты продала мне душу». Или вообще обрадует, заявив, что я отравилась испарениями из того сомнительного бассейна и умру во цвете лет, мучаясь в агонии.

— Да скажите вы уже! — не выдержала затянувшегося молчания. — Как есть скажите! Потом правильные слова подбирать будете, если у меня истерика от услышанного начнётся. Или опять сверкнёте глазами и вырубите меня, чтобы не докучала излишне эмоциональной реакцией!

— А это имеет смысл, — задумчиво протянул Алистер, явно имея в виду моё последнее предложение.

— Ну и?.. — протянула я, «предвкушая».

— В общем так, Рина, — отложив вилку и отпив сразу половину содержимого бокала, проговорил ректор, — ты застала меня в купальне в тот момент, когда я пытался совладать со своими драконьими инстинктами. Видишь ли, драконы не просто редки в Магистаре, мы, можно сказать, вымирающий вид. Почему так произошло, я расскажу тебе позже, если захочешь. Нас осталось очень мало, а каждый вид магических существ… об их разнообразии я тоже расскажу, если тебе интересно. Так вот, каждый вид магических существ ценен для мироздания и поддерживает его в стабильном состоянии. В виду этого Магистар озаботился спасением драконов от полного исчезновения.

— А можно как-то покороче? — взмолилась я. — Я потом с радостью выслушаю лекцию по спасению вымирающих видов, а сейчас переходите уже к сути.