Книга Царь Скорбь, страница 90 – Джо Хилл

Многие из самых ценных книг отыскались дня два-три спустя. Анонимный звонок привел полицейских к сгоревшему «Шевроле Монте-Карло» семидесятого года, находившемуся на площадке «Купим-Авто-В-Любом-Состоянии» в западной части Гогана. В багажнике «шеви» обнаружилось около трех десятков томов (в придачу к увесистому пакету высокосортной синей марихуаны), однако с полдюжины самых ценных книг (включая дневник Еноха Крейна) найдено так и не было.

Что примечательно, исправные камеры наблюдения в «Купим-Авто-В-Любом-Состоянии» имелись, и одна из них оказалась направленной прямо на «Монте-Карло». Правда, видеозаписи с грабителями, прячущими добычу, полиции не досталось: «Купим-Авто-В-Любом-Состоянии» использовали одни и те же кассеты по многу раз, писали двадцать четыре часа, перематывали и снова пускали в дело. Естественно, каких-либо записей, сделанных в день ограбления библиотеки, у них не сохранилось, зато нашлось кое-что, заснятое в среду вечером, всего за десять часов до звонка анонима, подсказавшего полицейским, что часть книг можно отыскать на кладбище автомашин.

В среду вечером камера наблюдения зафиксировала долговязого светловолосого человека в мешковатых «плотничьих» джинсах и фланелевой рубашке, по пути через свалку автомобильного хлама присевшего на багажник «Монте-Карло» перекурить. Какое-то время он, подняв голову, глядел прямо в объектив, а после хлопнул по багажнику, многозначительно усмехнулся и помахал рукой камере. Лицо его казалось бы ничем не примечательным, типичным узким лицом сельского паренька… если бы не пара черных дыр вместо глаз. Видеозапись раз за разом прокручивали в местных новостях: «Не знаете ли вы этого человека?» Продолжалась она всего сорок секунд, однако внушала нешуточную тревогу. Изображение запиналось, дергалось: вот человек в кадре сидит на багажнике, а вот он уже на ногах, смотрит прямо в объектив камеры наблюдения. Порой казалось, будто росту в нем футов шесть… а порой он вытягивался в высоту, словно отраженный в кривом зеркале «комнаты смеха». Ладони ему заменяли расплывчатые белые кляксы. Качеством запись не отличалась (что и неудивительно, учитывая, по скольку раз на разборке перезаписывали эту кассету), отчего даже окружавшие его тени клубились, кипели, подрагивали в кадре, словно живые.

— Кто это, черт его побери? – спросил Артур, когда вся их компания собралась в Терновниках и Колин переключил телевизор на местные новости.

— Не знаю, – многозначительно улыбнувшись, ответил Колин. – Возможно, тот самый сознательный парень, сообщивший в полицию, где отыскать пропажу.

— В полицию звонил ты сам, – возразил Ван.

— Ах да, верно, теперь припоминаю, я и звонил, – согласился Колин. – А еще вспомнил, чем занимался в тот вечер, перед тем как звонить им… в то самое время, когда этот чудик гулял по авторазборке. В тот вечер я перегонял фильм об Элвуде Хондо на видеокассету, чтобы смотреть его без возни с установкой кинопроектора. Может, это и есть Элвуд? Может, ему захотелось сказать всем «Привет»?

— Бред какой, – буркнула Донна.

— Недавно мы одной только силой веры вытянули из Долгой Тьмы дракона, – напомнил ей Колин. – С этим ты согласилась, однако в способность Элвуда Хондо соскользнуть со старой кинопленки, подмигнуть, помахать нам не можешь поверить никак? Погляди на него прямо сейчас. Погляди на этого типа, заснятого камерой наблюдения. Ты точно уверена, что он не разглядывает тебя?