Книга Царь Скорбь, страница 71 – Джо Хилл

Выпрямившись, Артур захлопнул дверцу духовки ногой. Гвен ухватила его за руку и потащила из кухни в коридор.

— С тобой все o’кей? – встревожился Артур.

— Нет. Я схожу с ума и до беспамятства перепугана.

Втащив Артура в темноту его спальни, Гвен без промедлений сняла футболку. Дышала она тяжело, холмики грудей под чашечками выцветшего, заношенного фиолетового лифчика заметно подрагивали, тело в нетопленной комнате мигом покрылось гусиной кожей. Сердце Артура снова забилось куда чаще прежнего, отчего он снова вспомнил о бабочке, приколотой к бархату серебряной булавкой. Булавка вновь угрожала пронзить его насквозь, и как знать, удастся ли упорхнуть, увернуться от нее на сей раз?

— Может, вам, шизанутым детишкам, одним побыть надо? – полюбопытствовал Ван, заглянувший в спальню Артура из коридора сквозь полуоткрытую дверь. – Могу, если что, сбегать за чем-нибудь, до «Найт Аул» дойти, пивка притащить… или смазки… да чего угодно. Вы, главное, не стесняйтесь.

— Заходи, Ван, – велела Гвен. – Ты мне тоже нужен.

Артур замер от ужаса.

— О-го, – протянул Ван. – О-го-го! – Голос его зазвучал мягче, едва ли не благоговейно. – Я просто в жизни не думал… не ждал, что мне этакий случай выпадет…

— Да нет же, я не об этом, – оборвала его Гвен. – Вы оба нужны мне, чтобы проверить, не спятила ли я. А то меня вот-вот наизнанку вывернет. Или сяду на пол и разревусь. А я не из тех девчонок, что блюют или ревут почем зря. Вы только это…

Схватив Артура с Ваном за руки, она поволокла обоих в глубину комнаты и развернула спиной к кровати.

— Сядьте оба, а? Пожалуйста.

Зябко поежившись, Гвен прижала локти к бокам и обхватила руками грудь.

Только сейчас заметивший, как она дрожит, Артур послушно сел на кровать. Рядом с ним, на краю матраса, пристроился Ван.

— Чем бы все это ни обернулось, – шепнул он Артуру, – в задницу я тебя подтолкнуть готов, но не более.

— Заткнись, Ван, – откликнулся Артур.

К этому времени ему, никогда прежде не видевшему Гвен испуганной, тоже сделалось здорово не по себе. Чутье подсказывало: что бы Гвен ни хотела им показать, видеть этого ему не хочется совершенно.

Гвен, подойдя к кровати, включила лампу, вернулась на середину и встала перед товарищами. Зрачки ее глаз расширились в темноте комнаты, дыхание сделалось неглубоким, частым.

— Пожалуйста, подтвердите, что тоже вот это видите, – попросила она и подняла руку к левой груди.

— Я, – начал Артур, оглядев ее обнаженное тело и раз, и другой, – ничего такого не…

И тут он, похолодев, отпрянул назад, прочь от Гвен. Из горла Вана вырвалось что-то вроде сдавленного жалобного стона; костлявые пальцы друга вцепились в Артуровы простыни, сминая, комкая ткань.

От талии Гвен тянулась кверху татуировка, черный с красным змей, обвивавший туловище, исчезавший за спиной и вновь появлявшийся – высоко, почти под ключицами. Приплюснутая лопатообразная голова змея пристроилась над левой грудью, в каком-то дюйме от двух пальцев, прижатых Гвен к телу.

Гвен, испустив страдальческий вздох, слегка согнулась в поясе, будто у нее разболелся живот.

— Значит, видите, – подытожила она. – Оба видите.

Заметно ослабший, ее голос подрагивал от испуга, однако к испугу примешивалось нешуточное облегчение.

— Это… не настоящая, – пробормотал Артур.