Книга Царь Скорбь, страница 65 – Джо Хилл

Артур замер, не сводя глаз с покачивающейся из стороны в сторону каски. Мысли путались, будто сразу же после внезапного пробуждения от кошмарного сна. К краю каски, собираясь перевернуть ее, он потянулся в ночь спрятницы, однако на стол перевернутая каска приземлилась уже спустя довольно долгое время после рассвета. Мало этого, с тех пор каску, некогда принадлежавшую Вольфу Мессингу, успели приспособить под пепельницу: на дне, среди резко пахнущего пепла, белело несколько погасших бычков.

Оглядевшись вокруг (заметил ли еще кто-нибудь, как внезапно, будто тигр, выпрыгнувший навстречу из высокой травы, наступило утро?), Артур обнаружил, что за столом, кроме него, никого нет. Ван в боксерских трусах и футболке сидел на диване, зажимая лицо ладонями. Элли, устроившись за его спиной, разминала ему шею. Гвен стояла над Ваном с бокалом воды и парой таблеток экседрина, хранившегося у Луэллина на столе, в банке из-под леденцов.

— Такое чувство, будто живую змею проглотил, – сообщил Ван. («Скажи спасибо, что она не проглотила тебя», – едва не расхохотавшись, подумал Артур.) – Меня так не штопорило с тех пор, как я однажды, высосав целый кувшин пива, не взгромоздился на механического быка.

Дверь позади стола, ведущая в гостевую спальню, оказалась распахнута, а за дверью стоял Колин в белой футболке и белых же плавках. Жилистый, мускулистый, ни унции лишнего жира, и мало этого, даже голову успел побрить… На люди он каждый день появлялся свежим, ухоженным, словно отштампованным заново какой-то машиной. Взглянув, что шевельнулось за его спиной, Артур увидел в глубине спальни зевающую, выпутывающуюся из простыней Донну в топике с лямкой через шею и узких стрингах. Не без труда поднявшись на ноги, она запахнула наброшенную на плечи простыню и подошла к Колину.

— Ничто не скрашивает выходные лучше черной мессы, – заметил Колин.

— Угу, – промычала Донна. – Вот оно какое, утро субботы… Ненавижу!

Однако она ошибалась. Тот день был не субботой, а воскресеньем. Суббота прошла, миновала с исчезновением Царя Скорби, словно слизнувшего двадцать четыре часа из жизни каждого одним движением языка.

Встречу с Джейн Артур назначил на тот же день, ближе к вечеру, позвонив Тане.

— Ага, нормально, – ответила Тана на том конце провода. – Если ты раздобыл ту штуку, которая ей нужна, я даже в руки ее брать не хочу. Меня, конечно, хрупкой девчонкой не назовешь, но стоит подумать о ней – сразу мурашки по коже. Будто кожа сама со спины сползти хочет.

— А ты представь: если такое вправду случится, может, и про тебя кто-нибудь сочинит книгу, – сказал ей Артур.

— Ага, – со смехом откликнулась Тана, – только как, интересно знать, ее назовет? «Правдивая история Таны Найсуондер: Жизнь псу под хвост»?

— Как насчет «Она заслуживала лучшей доли: Жизнь гоганской девчонки»?

Тана вновь рассмеялась.

— Знаешь что, Артур? Не такой ты ужасный человек, каким сам себя считаешь.

Забрав оставленный дома «христомобиль», Артур отправился в Гоган. Безжалостно ясное, небо сияло голубизной, каждый сугроб бил в глаза слепящим солнечным светом. О Енохе Крейне, о Царе Скорби, о человеческом сердце на блюде тонкого фарфора Артур не размышлял. К тому времени он уже выкинул из головы большую часть быстро меркнущих воспоминаний о выходных, казавшихся не двумя, а тремя днями.