Книга Царь Скорбь, страница 472 – Джо Хилл

Но тут кто-то потянул ее кверху, с силой рванул на себя, поднял на ноги, выволок из грохочущих волн прибоя.

— Все в порядке, – успокоил ее Ван. – Теперь все в порядке. Я здесь, рядом.

Открыв глаза, Донна увидела, что стоит в воде, невдалеке от берега океана, а ярко-синие волны искрятся, пенятся вокруг ее бедер. Пока она переводила дух, брат накинул ей на шею ожерелье из «песчаных долларов».

* * *

От боли не осталось даже следа. Казалось, идущая к стеклянной стене, к застывшему, глядя на нее, Артуру с лякроссной клюшкой в руке, Гвен тоже сделалась призрачной. Покосившись вбок, она увидела Робина, подхватившего с пола рубище мученика. Метнувшись к ней, Робин накрыл их рубищем, а спустя еще миг в зал сквозь все окна хлынуло пламя, исполинские алые струи огня. Огонь охватил, окутал их со всех сторон, однако укрытая власяницей Гвен не почувствовала ни малейшего жара. Желтая кенгурушка с портретом Бико пропиталась по́том и кровью насквозь, но острой, раздирающей низ живота боли Гвен тоже не чувствовала и шла вперед ровно, будто катя на роликовых коньках.

Вот перед ней, совсем близко – еще чуть-чуть, и поцеловать можно – возникло лицо Артура. Губы его дрогнули, зашевелились… Просмотрев это видео тысячу раз, Гвен так и не сумела понять, что же он говорит, но сейчас его голос прозвучал отчетливо, ясно – оставалось только дивиться, каким образом тут можно чего-либо не расслышать.

— Держи, – сказал Артур.

С этим он протянул Гвен лякроссную клюшку, и на сей раз Гвен обнаружила, что из трещины в стеклянной стене торчит на два дюйма кончик золотой рукояти. Ухватив рукоять, она потянула Артура с клюшкой к себе, прямо сквозь стеклянную стену, однако выдернутая из трещины клюшка оказалась вовсе не клюшкой, да и Артур за ней не последовал. В руках Гвен клюшка обернулась окруженным ореолом света мечом длиной в половину ее роста. Казалось бы, поднять целый ярд сверкающей, блестящей, как зеркало, стали ей не по силам, однако меч оказался легким, будто пушинка.

— Я В КЛОЧЬЯ ВАС РАЗОРВУ! – завопил за окном Царь Скорбь. – РАЗОРВУ, СУКИ ПОДЛЫЕ! ПОД КАМНЕМ ПОХОРОНЮ!!!

Тем временем Элли раскачивалась взад-вперед, сжимая в объятиях Донну. Тана, с трудом поднявшись, доковыляла до Эллисон, обхватила ее со спины. Для чего, Гвен понять не смогла. Наверное, только затем, чтобы обнять ее и прижать к себе. Тело Донны переломилось в талии, открытые глаза остекленели, лицо безвольно обмякло… а волосы мило, живописно растрепались, точно на морском ветерке. Точно перед уходом из жизни Донна целый день провалялась на пляже.

Еще миг, и Царь Скорбь протаранил стену башни в третий раз. Пол содрогнулся. Впившись в стену когтями, дракон просунул один из них – огромный, будто слоновья нога – в амбразуру окна и потянул. Камень заскрежетал о камень, три массивных гранитных блока, выдернутые из кладки, отлетели в ночную тьму. По ту сторону разверзшейся в стене дыры мелькнула разинутая драконья пасть, зев, обрамленный множеством громадных клыков. Взревев, Царь Скорбь обдал зал хранилища жарким, зловонным потоком воздуха пополам с брызгами слюны, сдувшим с мест, отшвырнувшим к дальней стене письменные столы.

— Где ты, Гвен Плебс?! – прогремел он.

С одной стороны морда дракона почернела, обуглилась, спекшийся глаз слипся намертво, однако он, развернув голову другим боком, заглянул в пролом, обвел взглядом зал, разыскивая Гвен.