Книга Царь Скорбь, страница 118 – Джо Хилл

— Но как он… по какому праву? – забормотала Донна. – С чего бы это? Уговор же был разовый!

— А он считает иначе. Хочешь поспорить с ним, Донна? Может, в суд на него подадим? – с дрожью в голосе буркнула Гвен. – Так и скажем судье: мы на ежегодные заказные убийства не соглашались. Говорили только о двух, и не больше.

Артур, спустившись со стремянки, подошел к Гвен и взял ее за руки. Вот. Так-то лучше.

— Ты уверена? – начал он. – Уверена, что… а, черт! Ну, мало ли… вдруг тебе все это просто приснилось?

Во взгляде его отражалась такая серьезность, что у Гвен защемило в груди. Казалось, еще немного, и ей удастся улыбнуться.

— Эх, если бы, если бы! Я б только рада была! Однако скажи, Артур, синяк на подбородке у меня есть? Небольшой такой?

Подняв голову, она продемонстрировала Артуру подбородок.

— Есть, – кивнув, подтвердил Артур, – и ссадина есть небольшая.

— Тогда все это, надо думать, не сон. Надо думать, я вправду упала и малость расшиблась, когда он из-под лестницы меня за щиколотку ухватил.

Колин, разогнув ноги, поднялся с пола. Что-то в его движениях заставило Гвен вспомнить о насекомых, будто бы сложенных из тонких прутиков.

— По-моему, нам настоятельно необходимо выпить, – сказал он.

— Царь Скорбь – он вовсе не чужд крючкотворству, казуистике, помните? – заговорил Колин, заново выслушав рассказ Гвен от начала и до конца. – И, заключая с нами договор, был крайне аккуратен в формулировках. «Ваш сеньор клянется вас оберегать, а вы в свой черед устраиваете мне охоту в день Пасхи». Если не ошибаюсь, выразился он именно так.

— Я кое-что почитал о них. О драконах, – вставил Артур.

Ну да, конечно, как же иначе! Такой склонности превращать что угодно в домашнюю работу Гвен не замечала ни за кем другим. Как же ей, среди прочего, нравилась его спокойная, даже скучная самоотдача в учебе! В отличие от Колина, гениальностью Артур не блистал. Прирожденный труженик, он брал проблемы измором – шаг за шагом, лопата за лопатой.

— И каков же итог твоих изысканий? – полюбопытствовал Колин (с издевкой или всерьез, Гвен понять не смогла).

— Выводов несколько. Для начала, заключать с ними сделки – идея из рук вон. Язык для них – тоже оружие… в той же степени, что и огненное дыхание или хвост, одним махом сметающий дом.

— Спасибочки, Зигмунд, – пробормотал Ван. – Твоя проницательность не знает границ. Как пригодилась бы нам сия жемчужина мудрости год назад…

— Говоря «Рождество в декабре», – не удостоив его внимания, продолжал Артур, – говорящий имеет в виду каждый декабрь. Не только нынешний.

— Да ну, бред собачий! – возмутилась Донна. – Пошел он! Ни хрена мы ему не должны!

— Ошибаешься, – возразил Колин. – Теперь нам придется отдать ему Гвен или выбрать того, кто умрет вместо нее.

Умолкнув, он склонил голову, задумался и наконец кивнул:

— O’кей. Дело не так уж плохо.

— Что значит «не так уж плохо»?! – ахнула Гвен. – Он собирается кого-то убить. Опять. И принуждает нас к соучастию!

— На свете полным-полно крайне скверных людей. Все, что от нас требуется, – выбрать из них одного. Любого. Прямо сейчас, сию минуту, наша страна отправляет людей на гибель в песках, и все ради нас с вами. Давайте изничтожим Саддама Хусейна! Представляете, сколько народу избавим от кучи хлопот?