Книга Старик, страница 27 – Алекс Лоренц

Другой выпучил глаза, вжался в спинку кресла.

— Ты с ума спятил, – произнес он.

Я молча смотрел на него.

— Я не бываю в твоих снах, старый! Не приписывай мне того, чего я не умею. Я только здесь, в реальности.

Я все еще неподвижно смотрел на него из-под очков.

— Ты совсем уже сдурел. – Он закрыл лицо руками. – Какой… какой на хрен брат-паразит в голове! Да ты совсем чокнулся, дед! Пойду отсюда.

Он встал и направился к двери.

— Куда это ты? – спросил я.

— Пойду пересплю с твоей женой, – зло бросил он и вышел, хлопнув дверью.

Из коридора я услышал удаляющееся: «Ой, дура-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ак…»

Я вертел в руке рюмку, наблюдал, как вязко перекатывается напиток. Потом набрал в поисковике запрос «образ лося в литературе». Одной из первых вылезла ссылка на рассказ Эдгара Аллана По «Лось. Утро на Виссахиконе». Коротенькое произведеньице. Я когда-то давно знакомился с творчеством Эдгара По. У всякого советского интеллигента имелась в домашней библиотечке либо тонкая книжица рассказов в мягкой обложке, либо массивная томина из серии «Библиотека всемирной литературы» в суперобложке – настолько объемистая, что туда втиснулось полное собрание сочинений американца.

Я подошел к книжному шкафу, отыскал в заднем ряду нужный фолиант и с удивлением обнаружил, что суперобложка утеряна. Интересно, куда она подевалась? Вечно с этими суперобложками проблемы…

Вспомнились те времена, когда издание вышло в свет. Почти у всех дома красовался за стеклом румынской стенки примерно одинаковый набор книг. Большинство владельцев их, правда, не читало – просто демонстрировало гостям, что «мы ведь тоже не пальцем деланы»; тоже, вот, Дюма, знаете ль…

Произведения Эдгара Аллана По я читал в свое время с большим удовольствием.

Итак, почему именно этот рассказ именно этого классика вылез в поисковике первым? Наверное, потому, что По написал много малых произведений в популярных нынче жанрах мистики и ужасов (много – относительно общего объема написанного им). Надо думать, он популярен у любителей псевдоготики и прочей мрачной клюквы. При этом – руку готов дать на отсечение – те самые «любители» в массе своей знакомы с его произведениями по мемам да комиксам.

Я отыскал в оглавлении рассказ «Лось. Утро на Виссахиконе» (которого почему-то совершенно не помнил) в переводе З. Александровой, открыл нужную страницу, стал читать. И это оказалось совсем не то, чего я ожидал. Даже не рассказ, а очерк: повествователь проводит время на лоне природы и сетует, что люди загадили лучшие уголки Луизианы, Филадельфии и других штатов. А с виновником торжества – лосем – мы встречаемся лишь в самом конце.

«Недавно я отправился туда описанным выше путем и провел в лодке большую часть жаркого дня. Утомленный зноем, я доверился медленному течению и погрузился в некий полусон, унесший меня к Виссахикону давно минувших дней – того „доброго старого времени“, когда еще не было Демона Машин…»

Демон Машин… Ты бы видел, дядя, что у нас тут творится. Сущий ад.

«… когда пикники были неведомы, „водные угодья“ не покупались и не продавались и когда по этим холмам ступали лишь лось да краснокожий. Пока эти грезы постепенно овладевали мною, ленивый ручей успел пронести меня вокруг одного мыса, а за ним, в каких-нибудь сорока или пятидесяти ярдах, показался второй. Это был отвесный утес, далеко вдававшийся в ручей и гораздо более напоминавший пейзажи Сальватора, чем все, только что прошедшее перед моими глазами. То, что я увидел на этом утесе, хотя и было весьма необычно в таком месте и в такое время года, поначалу ничуть меня не поразило – настолько оно гармонировало с моими полусонными видениями. На краю обрыва, – или это мне пригрезилось? – вытянув шею, насторожив уши и всем своим видом выражая глубокое и печальное любопытство, стоял один из тех старых, отважных лосей, которые…»