Книга Полковник Ксанти. Легенда разведки, страница 74 – Олег Рой

«26 ноября, в 15 часов 45 минут, наши войска, расположенные на Карельском перешейке у границы Финляндии, около села Майнила, были неожиданно обстреляны с финской территории артиллерийским огнем. Всего было произведено семь орудийных выстрелов, в результате чего убито трое рядовых и один младший командир, ранено семь рядовых и двое из командного состава. Советские войска, имея строгое приказание не поддаваться провокации, воздержались от ответного обстрела» (официальная нота, врученная наркоминдел Молотовым представителю Финляндии в тот же день).

Финское правительство в ответ заявило, что СССР сам себя обстрелял.

После недолгого обмена нотами финскому посланнику было объявлено о полном разрыве дипломатических и торговых отношений, и 30 ноября 1939 года 7-я армия РККА атаковала финские части на Карельском перешейке, заняв Куоккалу (ныне Репино), Келломяки (ныне Комарово), Терийоки (ныне Зеленогорск), Райволу (ныне Рощино). Каннельярви и Лоунатйоки (ныне Заводское). Но затем в районе реки Тайпале (ныне Бурная, южный рукав Вуоксы) уперлись в линию Маннергейма.

Во время испанской операции Мамсуров был полковником лишь по легенде, Фомич же — на самом деле. Сегодня они формально в званиях сравнялись, но командовал по-прежнему Фомич. Сейчас он смотрел на бывшего Ксанти с непонятным выражением. Да и задание, с которого начал, было непонятным — почему Хаджи? Он, хоть и привыкший исполнять приказы, даже вслух это сказал:

— Почему? Я ведь ничего не понимаю в зимних военных действиях.

Фомич же только усмехнулся:

— Зато ты очень хорошо понимаешь в партизанской войне. Ты же видишь, что происходит? Мы уперлись в финские укрепления, о которых, считай, почти ничего не знали. В прямом столкновении финны не устояли бы, но у них вроде армия воюет, а методы — партизанские. Их диверсионные группы минируют все и вся, в том числе в нашем собственном тылу.

— Думаете, я сумею с этим что-то сделать? Такой тактике практически невозможно противостоять. Ну кроме как повышать бдительность. Но этим и без меня есть кому заниматься… — договорить он не успел.

Фомич при необходимости и словесные кружева плести мог, и ходить вокруг да около, подводя, как рыбак вываживает крупную рыбу, противника к нужному решению. Впрочем, противниками-то они не были, а предпочитал Фомич рубить напрямик.

— Зато в эту игру можно играть вдвоем, — он опять усмехнулся, процитировав реплику из совсем недавно вышедшего на экраны фильма «Подкидыш». — Твоя задача — организовать аналогичную систему с нашей стороны. Уж это ты умеешь отлично. А зима… ну что — зима? Невелика премудрость. Тебе же не в спортивных гонках участвовать.

Про гонки — это было интересно. Только недавно Мамсуров читал что-то похожее, сейчас не вспомнить было. Про лыжи, про винтовки и чуть не про горные трассы… Впрочем, вспомнить можно и позже, если придется исполнять эту странную задачу — обеспечить диверсионную работу в финской войне. Где Красной армии и вправду приходилось… несладко. Казалось бы — сколько там той Финляндии? И вот поди ж ты. Финны избегали привычных сражений, избрав тактику «Мотти» — откуда это слово засело в его голове? Впрочем, и это неважно. Кажется, мотти — это система лесозаготовки, когда бревна не в гигантские штабеля укладываются, а в компактные небольшие поленницы. Наши группировки были, безусловно, крупнее, но финны приноровились «резать» их на части, отсекая и друг от друга, и от снабжения — и от своих сил. Речь не шла о том, чтобы разгромить наступавшую (и поначалу очень неплохо наступавшую) Красную армию, а о том, чтобы остановить и обездвижить ее.