Книга Инкубатор смерти, страница 105 – Ирина Градова

— Что ж, похоже, я в вас не ошибся. Думаю, мы можем оказаться друг другу полезны: я вам — прямо сейчас, а вы мне — позже, если вас полностью оправдают.

— И чем же вы можете мне помочь? — поинтересовался Евгений. — Прямо сейчас?

— А что вам нужно? Говорите!

— Хорошо. Во-первых, я хочу знать, что есть у Гай на меня, помимо слов Михеева и Пеньковского?

— Ну это легко: ни-че-го!

— Она приехала из Москвы, не имея доказательств?

— Насколько я понял, моя руководительница получила инструкции сделать вас виновным, какой бы ситуация ни была на самом деле. Она надеется, что вы, ощутив давление, испугаетесь и начнете совершать ошибки.

— Так она верит в мою виновность или нет?

— Думаю, ей все равно.

— Ей что-то пообещали? Может, новую должность или деньги?

Осман неопределенно пожал плечами.

— Я — слишком мелкая сошка, чтобы мне сообщали о таких вещах, — ответил он. — Однако, зная моего босса, могу сказать одно: она ничего не делает просто так. Софья Арнольдовна исполнительна, но ее усердие всегда чем-то подкреплено: она — отнюдь не слепое орудие в чьих-то руках. Так что полагаю, в ваших словах есть резон. Не знаю, стоит ли рассказывать, но… В общем, Гай пытается найти улики против вас в вашем прошлом.

Говоря это, Осман не сводил глаз с прокурора. Тот держался великолепно, но всего на мгновение представителю Генеральной почудилось, что бесстрастное лицо Пака дрогнуло. Может, просто обман зрения?

— В моем прошлом? — переспросил прокурор. — И что же она надеется найти?

— Она выяснила, что в официальных данных о вас имеются нестыковки — в тех, что касаются вашего детства в Казахстане и учебы, а еще когда вы служили в армии.

— Что ее могло заинтересовать? Это было почти двадцать лет назад!

— Я тоже считаю, что бессмысленно копаться в делах давно минувших дней, однако это показывает, что ее цель — вы, а не отдельно взятое дело, понимаете? Софья Арнольдовна знает о вашей встрече с судьей по делу об апелляции Пеньковского. Более того, она в курсе вашей с ней былой связи — до брака, разумеется.

— Мы встретились случайно, — пожал плечами Пак, кажется ничуть не обеспокоенный. — Если Гай посмотрит записи с камер, то увидит, что в кафе я встречался со своей бывшей стажеркой, а судья появилась неожиданно, удивив и меня.

— Допускаю, — кивнул Осман. — Думаю даже, что она видела камеры, поэтому вы и узнаете обо всем не от нее или прокурора города, а от меня. Но на будущее будьте осторожны, ладно?

— Но почему вы все-таки решили предать Гай? — спросил Пак. — Вы же вместе работаете!

— Во-первых, я не считаю это предательством: предать можно лишь того, кто тебе доверяет, а мой босс не доверяет никому. Мне она говорит ровно столько, сколько считает нужным, а основную информацию придерживает — сдается мне, она даже с начальством не до конца откровенна. Во-вторых, мы работаем вместе всего-то полгода, но за это время я успел понять, что она за человек, а также каков ее стиль ведения дел… Не могу сказать, что я его одобряю. Я отнюдь не сноб, но у меня есть рамки, за которые я не захожу. У Гай их нет. Знаете, как ее называют за глаза? Адская гончая.

— Занятно!

— Это потому, что, взяв след, она идет по нему не сворачивая и ее невозможно остановить. Гай нацелилась на вас и не отпустит, если только не случится чего-то экстраординарного. Поэтому я хочу знать: Пеньковский — виновен?