Онлайн книга «Нестеров. Превращения»
|
— Вот что, парень! Ты еще только начинаешь свою самостоятельную жизнь, и, чтобы ее не испортить, запомни раз и навсегда. – Лицо у него стало серьезное, строгое. – Про отца своего пиши коротко: фамилия, имя, отчество, год рождения, с такого-то времени с семьей не живет, сведений о месте его пребывания не имею. И все! Кому надо, до истины без всякой помощи докопаются, а другим подробности твоей жизни без надобности. Узнают – еще и напакостят. У нас доброхотов пруд пруди. – Он с горечью вздохнул. – Теперь по поводу плена, чтоб понимал. Эта графа в анкете существует только для одного – не допустить проникновения на секретные объекты народного хозяйства, каким и является наше предприятие, лиц с непрозрачным, скажем так, прошлым, в том числе пособников и агентов фашистской Германии. И немецкий плен имеется в виду тот, который был именно в прошедшую, Великую Отечественную, но никак не в Первую мировую войну. Понятно? Отец твой, как его там, – он заглянул в анкету, – Полотнов Роман Арсеньевич воевал с фашистами? — Еще как! – Это Сергей знал точно. – У бати орден Красного Знамени за Гражданскую, а за Великую Отечественную два ордена Ленина, еще Красной Звезды, и много-много медалей. — Вот видишь! Геройский человек, а мы его с твоей помощью чуть во вражескую агентуру не записали. Теперь понял? — Понял. – Сергей посмотрел на кадровика ясными чистыми глазами и в размышлениях, как бы на полном серьезе, спросил: – Только какой дурак будет писать, что он был в плену у фашистов, если он там действительно был и потом шпионом стал? По-моему, вы что-то темните, таких придурков в жизни не бывает. — А ты не прост, Сергей Нестеров! – Кадровик довольно улыбнулся. – Но ты же не думаешь, что все, что ты напишешь, мы за чистую монету примем и сразу тебя на работу в секретный цех возьмем? – Вид у мужика был суровый, но в глазах чертики бегали. – Мы еще месяц будем проверять, что ты там написал в своей анкете. А пока, как просил Николай Николаевич, оформим тебе трудовую книжку, и пойдешь ты у нас разнорабочим на стройку. Будешь кирпичи таскать, новое бюро пропусков возводить. Дал ему кадровик чистый бланк и отправил за стол анкету переписывать. Хороший мужик оказался, они потом, когда встречались, все время здоровались. А сейчас у Нестерова другая проблема была. Что писать в разделе «Трудовая деятельность»? Служба в КГБ? Так кадровики, отправляя на пенсию, очень просили, прямо требовали, не раскрывать работу в органах. А как быть с загранкомандировкой? Что писать? Правду? Тогда засвечу, раскрою «крышу», а это, брат, если не уголовное преступление, то подлость настоящая и пособничество врагу. Под этой «крышей» до сих пор люди «живут» и работают. И вообще, тут куча вопросов… Сергей вышел в коридор и с местного телефона набрал номер. — Виктор Иваныч, привет! — Нестеров, ты, что ли? Чего грустный, вопросы появились? — Конечно. Еще какие. — Догадываюсь, ты не первый. Ты где сейчас? — В приемной для посетителей. Знаешь, на первом этаже комната такая большая… — Знаю, можешь не объяснять. – Виктор Иванович был строг и собран. – Выйдешь к входу, где милиционер стоит, он через две минуты по фамилии вызовет тебя, покажешь паспорт и на лифте – на четвертый этаж. Из лифта – направо по коридору, четыреста двенадцатый кабинет. Это я и буду. Все запомнил? Или тебе записать надо? |