Книга Нестеров. Превращения, страница 45 – Руслан Григорьев

— Заскоки у него бывают, не один раз замечали.

— Ну и хрен с ним! Сдвинется по фазе – его выбор, его дорога. – Нестеров увидел, как Волков сигналит рукой. – Погнали, Костян! Труба зовет!

Водилы стали рассаживаться по машинам. Михаил, красуясь, стоя в «своем» роскошном кабриолете с открытым верхом, контролировал процесс. Наконец тронулись. На границу с Германией вышли примерно через час с небольшим. Быстро пройдя формальности, выбрались на автобан и погнали. Уже на подходе к Берлину на плавном повороте увидели впереди открытый белый «Мерседес»-кабриолет и в нем двух благообразных старушек, каких рисуют в мультфильмах и на рождественских открытках. Соломенные шляпки с лентами, седые кудряшки, покрасневшие от ветра щечки, маленькие кругленькие очочки в металлической оправе. Прелесть, а не старушки! Едут, улыбаются, видно, что наслаждаются своим путешествием. Михаил, чтобы не тормозить движение своей колонны аккуратно перестроился и обошел «старушечий» «Мерседес», еще ручкой им махнул из своего кабриолета: «Привет, мол! Счастливо оставаться!» Тот же маневр совершил Нестеров на «Форде Мондео», правда, ничем не махал, из закрытого кузова все равно не видно. За ним Славик на своем «грузовике» тоже стал готовиться к маневру – поворотник включил. Однако обгон «Мерседеса», крейсера немецкой автомобильной промышленности, не состоялся. При подходе Славика на «Форде Транзите», а за ним были видны еще три машины с транзитными номерами, старушки обменялись короткими фразами, улыбки у них пропали, и белый «Мерседес»-кабриолет за несколько секунд оказался в левом ряду, перекрыв путь полугрузовику «Форду Транзиту». Затем «бабушкин Мерс» без всяких усилий стал набирать скорость и одного за другим обошел Нестерова, а потом и Волкова на его пижонской «Марбелле». Мало того, в начале маневра старушка-пассажирка, придерживая левой рукой шляпку с лентами, торжествующе выбросила в сторону колонны правую руку с оттопыренным средним пальцем и так и ехала, пока не миновала нахалов. Через несколько минут белый «Мерседес» на очередной развязке ушел из поля зрения российской команды.

Стоянку с короткой ночевкой, не доезжая до польской границы, Михаил устроил на немецкой территории в заранее прикормленном месте. Так было спокойней. Поляки, как и белорусы, шалили в приграничных районах. В операциях по отъему денег у проезжавших богатеев у них участвовали все, от мала до велика. На длинном светофоре мальчишки с грязными тряпками в руках, не спрашивая согласия, подлетали к машине и превращали стекла в непрозрачное грязное месиво. Пока не дашь пятьдесят центов или евро, грязь не смоют. Откажешься – кинут камень в стекло или сделают глубокую царапину от капота до багажника. Захочешь поймать и наказать, выскочишь, а они – врассыпную, а тебе дальше надо ехать.

Проснулись засветло. На этот раз до белорусской границы прошли без приключений. Как Михаил договаривался с таможенниками, Нестерова не интересовало, у него своих секретов хватало. Но надо отдать Мишке должное. Зная, кто что везет, Волков чуть ли не за ручку ходил с мужиками по таможенникам, и если нужно, объяснял, что запчасти, которыми забита машина, его, водителя – человек везет для себя, для второй своей машины. Все это, конечно, было шито белыми нитками, обе стороны прекрасно понимали ситуацию, и все равно таможня закрывала глаза на происходящее, и запчасти ввозились по себестоимости. А это означало, что одна и та же лампочка или целый агрегат на фирме «Гарде» стоили на порядок, если не на два ниже, чем на рынке. Уладив формальности, к девяти утра пять машин стояли на площадке за пунктом пропуска «Домачево» и ждали задержавшийся кабриолет Волкова. Таможню Мишка проходил последним. У него были свои расчеты с таможней.