Книга Нестеров. Превращения, страница 237 – Руслан Григорьев

Такого позора Гера перенести не мог – он застрелился из наградного у себя дома, в кабинете. Жена услышала выстрел, зашла, увидела тело, вызвала «скорую» и упала, сердце схватило, до приезда медиков она не дожила. Вот такая история, Сережа.

Юлия Сергеевна сидела прямо, вполоборота к Нестерову. За время рассказа ничто не дрогнуло в ее лице.

— А вы? Почему вы ушли?

— А что мне делать в министерстве, если в нем нет Германа?

— Простите, еще один вопрос: почему, когда я спрашивал Жарикова о Стаднике, он все время уходил от прямого ответа? Юлил, какими-то намеками отделывался. Он же был в курсе всего.

— Жариков, Сережа, отдельная тема. Его, оказывается, не просто посадили в министерство, он Германа держал на контроле, докладывал руководству о каждом его шаге. И, когда ты в Африку полетел и обратно вернулся, он все ваши шаги знал. На поминках Германа мне сказали, что Жарикова давно хотели посадить вместо него.

Она посмотрела на часы.

— Господи, Сережа! Заговорилась я, опаздываю уже. Прости меня, пожалуйста! – Она не по годам резко встала и придержала Нестерова, положив ему руку на плечо и не давая подняться. – Будь счастлив! Ты этого достоин. Не провожай! Прошу тебя, а то я расплачусь!

Со слезами на глазах Юлия Сергеевна быстрой походкой сразу затерялась в толпе людей, оставив Нестерова в состоянии сожаления и душевной утраты чего-то важного для него в жизни.

Через тридцать пять минут он уже входил в зону контроля посетителей самой большой телевизионной студии, где шел прямой эфир передачи «Слово и дело». Старший охранник доложил, что при личном досмотре участников и зрителей у одной девушки изъяли баллончик со слезоточивым газом, оставили его пока у себя, отдадут по завершению мероприятия. Все сделали культурно, аккуратно – девушка претензий не имеет.

— Передача интересная? – спросил Нестеров.

— Очень, Сергей Владимирович. Нам нравится. Грамотные такие выступающие, особенно генерал старой милицейской закваски. Вон там, видите, слева, на первом ряду, седой такой, в гражданском, с лысиной?

Нестеров присмотрелся к человеку, на которого указывал охранник.

— Ну-ка дайте мне список участников передачи.

Он просмотрел два листа с отправными данными приглашенных и довольно хмыкнул.

— Товарищ Малыга!

Старший охранник вытянулся по стойке «смирно».

— Я, Сергей Владимирович!

— Как передача закончится, подойдет старший смены. Он встретит товарища генерала и проводит ко мне в кабинет. Продюсеров я предупрежу. Вопросы есть? Вот и славно!

В хорошем настроении Нестеров отправился на свое рабочее место, а старший охранник, глядя ему вслед, восхищенно говорил напарнику.

— Вот память у человека! Всех пофамильно помнит, всех! Одно слово – разведка!

Улыбаясь про себя, Нестеров шел по коридору к своему кабинету, здоровался с некоторыми встречными, его многие знали. Шел и думал: «Что ж за день такой? Час назад Юлия Сергеевна, сейчас Снежко». На глаза попался висевший на стене плакат с рекламой астрологического прогноза, и он вспомнил: за завтраком по радио говорили, что сегодня наступает период ретроградного Меркурия – отрезок времени, когда неизвестно откуда появляются старые друзья, давно забытые знакомые, подходит срок подводить итоги, завершать незаконченные дела. Тогда получается, что сегодняшние встречи происходят не просто так, знак свыше.