Книга Петля Сергея Нестерова, страница 178 – Руслан Григорьев

— Для вас, уважаемый Игорь Пантелеймонович, есть все! – Это был упомянутый всуе директор кафе. – Нас предупредили…

— Мы что, знакомы?

— Нет, но нас предупредили…

— Раз вас предупредили, – немного раздраженно отреагировал Гоглидзе, – входную дверь закройте, мы больше никого не ждем, а стол сделайте такой, чтобы мне стыдно не было перед братом, и пусть нас поменьше беспокоят.

— Директор изобразил согласие, всяческую готовность и, взяв за локоть официантку Тамару, стал удаляться в сторону барной стойки, раздраженно и сердито выговаривая ей и диктуя инструкции на будущее. Только теперь Игорь наконец-то получил возможность человеческого общения с закадычным другом прекрасной молодости.

— Серега, дорогой! Ты не представляешь, как я рад тебя видеть. Мне когда ребята позвонили, я ушам своим не поверил. Ты – в Тбилиси, откуда, как? Почему мне не позвонил, а? Откуда Божинский взялся? Он мне сказал, что ты из загранки в отпуск приехал. Ты в Первом главке работаешь? Ты же в контрразведке был. Слушай, тысяча вопросов! – Он слово не давал сказать. – Но какой же ты – молодец! Сам – богатырь! С усами! Жена – красавица, сын, дочь. Твоему сколько? Восемь? – Нестеров только и смог что кивнуть головой. – Ровесник нашему Димке. У меня, как у тебя, тоже наследник есть, продолжатель славного рода, и дочка есть. А я еще девочку хочу. Ты нет? Слушай, Кети приедет, вопрос поставлю. Что смотришь? Не в том смысле, как говорил наш преподаватель криминалистики Поляков: «Вопрос может хоть сто лет стоять!», а в том, что его решать сразу надо. Дети – самое замечательное чудо на свете, и быстро, слушай, получаются. Раз-два, туда-сюда. Оглянуться не успеешь.

— Нестеров смотрел на своего старого друга и видел то, что поначалу не бросилось в глаза. Конечно, это был все тот же переполненный энергией Игорь Гоглидзе, весельчак, балагур, шутник, вот только виски что-то рановато и сильно сединой ударило, и в глазах неизбывная боль засела. Да, Игоряха, помотала тебя жизнь и служба наша. Хотя, с другой стороны, командиром стал, большим начальником. В голосе металл, когда не со своими говоришь, да и люди сразу власть твою чувствуют.

— Игорь! – Нестеров все-таки сумел найти маленькую, на полсекунды паузу. – А что за имя такое необычное у нашего знакомого, Сосо?

— Почему необычное? Если полностью, то – Иосиф, а Сосо – уменьшительное, уважаемое у нас имя, все в Грузии понимают. – Настроение Игоря изменилось, будто печальную струну тронули. – Этот замечательный, очень добрый человек, мой друг, родился в мае сорок шестого, через год после войны, и отец назвал его Иосифом в честь генералиссимуса товарища Сталина. Отец всю войну прошел и в атаку вставал: «За Родину, за Сталина!» Как еще он мог сына назвать? Кстати, – оживился Гоглидзе, – в Гори есть музей Сталина, вам обязательно надо съездить, посмотреть. Ты многое поймешь. От Тбилиси часа полтора-два на машине. Дети не устанут, не успеют, а если что, остановимся, отдохнем. Сегодня – четверг, на пятницу планы определены, – заметив молчаливое удивление Сергея, добавил: – Ты не удивляйся, но завтра весь день расписан, у нас только так. Уезжаете вы в воскресенье, значит, остается суббота. Очень хорошо, я как раз успею все организовать. Божинских возьмем, что б ни дулись. А то он сегодня обиделся, когда я сказал, что теперь вы – мои гости. Украл у него гостей, понимаешь, бессовестно украл. Ты как думаешь: у меня совесть есть? Правильно, конечно есть! Но это же Грузия, здесь за гостя биться надо. Так что, договорились?