Книга Седьмой читатель, страница 65 – Лэй Ми

— Разве можно так делать? Стоит оно того? Эти ребята переживают по поводу и без…

Четвертый брат посмотрел на храпящего Ван Цзяня и спрятавшегося под одеялом Старшего брата и, словно только что вспомнил, спросил тихонько:

— Третий брат, ты все еще посещаешь занятия базовой группы в этом году?

Фан Му ткнул Чжу локтем, намекая, что не стоит затрагивать эту больную тему.

— Не, не буду поступать. – Лицо У Ханя оставалось спокойным. – Попробую поступить после четвертого курса в магистратуру, хотя не думаю, что у меня получится.

— Очень жаль, что так получилось. – Чжу в упор не замечал подмигивания Фан Му. – Я слышал, что для поступления в базовую группу одних отличных оценок недостаточно, надо еще дарить преподам подарки… Наверное, из-за этого ты и провалился.

— Не знаю. – У Хань покачал головой с горькой улыбкой: – И даже думать не хочу. К тому же я не стал бы дарить им подарки, даже будь у меня деньги… Внезапно он повысил голос: – Может, лучше выпьем?

Фан Му и Четвертый брат рассмеялись, подняли бутылки и в унисон чокнулись ими.

— Как-то неловко, что ты из-за нас потратился… – Четвертый брат вытер пивную пену с уголков рта. – Тебе деньги нелегко достаются.

У Хань посмотрел на свою подушку, под которой лежал конверт с одной тысячей девятьюстами юанями.

— Ну, конкретно этих денег не жалко. – Он посмотрел на Фан Му и Четвертого брата. – Вы думаете, он мне помогал? Нет, он для себя это делал.

На встрече со спонсорами краснолицый предприниматель схватил У Ханя за плечи и сунул ему в руки конверт, но при этом вцепился в него мертвой хваткой, пристально глядя в объективы мелькающих вокруг камер. Со стороны это выглядело нелепо, словно эти двое перетягивали конверт, и они долгое время стояли так под аплодисменты окружающих. В конце концов предприниматель неохотно отпустил конверт, но при этом не забыл добавить серьезно: «Возьми эти деньги, парень. И учись хорошо!» У Хань по-прежнему стоял, потупившись; его лицо ничего не выражало, на нем не было ни благодарности, ни радости. Это вызвало недовольство предпринимателя, и как раз в тот момент, когда он собирался сказать еще несколько слов, У Хань сошел со сцены, унося с собой конверт.

— …Он просто использовал меня, чтобы продемонстрировать свою доброту и щедрость. – Третий брат уставился на пляшущее пламя. – Но я не дал ему такой возможности. Это не пожертвование, а плата, которую я заслужил за сотрудничество с этим цирком. – Он опустил голову и тихо, так, что его почти не было слышно, закончил: – Никому не позволю унижать меня.

Все приуныли и даже перестали пить. Четвертый брат смутился и притворно зевнул:

— Давайте спать, парни, уже почти час.

У Хань, успокоившись, аккуратно убрал остатки еды, а затем разделся и лег в постель.

Фан Му взглянул на Ван Цзяня, который ворочался в его кровати, вздохнул и подошел к кровати Пятого брата. С трудом расправил белье. Соседи уже раскатисто храпели. Фан Му осторожно разделся, задул почти догоревшие свечи и только забрался под одеяло, как услышал, что зазвонил телефон. Кто бы мог позвонить в столь поздний час? Юноша быстро вскочил и снял трубку.

— Алло?

Ответа не последовало.

— Алло!

Фан Му был раздражен – должно быть, кто-то со скуки решил подоставать его звонками… Когда он уже собирался повесить трубку, раздался мягкий голос Чэнь Си: