Книга Город прощения, страница 146 – Лэй Ми

— Фан Му, принеси мне набор инструментов и фонарик.

Тот нашел все необходимое, осторожно прошел по трапам и протянул ей. Ми Нань, надевая спецкомбинезон, указала на печь:

— Посмотри на эту камеру. Сколько может вместить по максимуму? В килограммах.

Фан Му, прикрыв нос, протиснулся мимо нее, осматривая пустую камеру печи. Ее внутренность была закопчена до черноты; на стенках были пятна и нечто застывшее, похожее на жир.

Фан Му мысленно прикинул:

— Не больше пятидесяти килограммов.

Ми Нань кивнула:

— Примерно так. – Она махнула рукой в сторону входа. – Тай Вэй, надень перчатки и приготовь фотоаппарат; Фан Му, позвони, чтобы прислали людей с документами. С этого момента ничего в этой комнате не трогать!

* * *

Снаружи дул осенний ветерок, щебетали птицы. На пустынной территории больницы «Баньшань» двое мужчин стояли у входа в крематорий, наблюдая, как женщина в перчатках, бахилах и колпаке, ходя по трапам, осматривает крематорий. Ми Нань время от времени звала Тай Вэя, чтобы сфотографировать и зафиксировать улики, или просила Фан Му посветить. Оба мужчины не смели и дыхания перевести, выполняя все ее просьбы. Особенно Фан Му, стоявший у чемоданчика для осмотра, навострив уши, готовый в любой момент откликнуться на зов Ми Нань.

Вдруг он почувствовал, как кто-то ткнул его в ребро. Обернувшись, увидел, как Тай Вэй строит ему рожи.

— Слушай, когда Ми Нань работает, она действительно очень привлекательна…

Фан Му не знал, плакать ему или смеяться, но не мог оторвать от нее взгляд.

Действительно, когда Ми Нань погружалась в осмотр места происшествия, она словно забывала обо всем. Казалось, во всем мире остались только эти едва заметные отпечатки рук и следы. Фан Му даже почувствовал легкую зависть: если б она могла смотреть на него таким же взглядом, как было бы хорошо…

Он все еще пребывал в оцепенении, как вдруг Ми Нань поднялась и протянула руку:

— Серебряный порошок, кисточку, скотч, пакеты для вещдоков!

Фан Му засуетился. Нашел все в чемоданчике, прошел по трапам и передал ей. Ми Нань извлекла с круглого запорного клапана на дверце печи несколько отпечатков пальцев, положила в пакеты для вещдоков и пометила. Фан Му взял пакеты и собрался было уйти, как Ми Нань сказала:

— Представь, что несешь человека от входа сюда и засовываешь в печь.

Фан Му опешил. Ми Нань махнула рукой:

— Делай, как я сказала!

— Взрослого? – Фан Му нахмурился. – Это маленький крематорий; если вес тела большой, целого человека не засунешь.

— Верно. – Ми Нань кивнула. – Если погибший весил больше пятидесяти килограммов, его, скорее всего, расчленили и сожгли по частям.

Фан Му, поняв ее, обернулся и посмотрел на длинный железный стол:

— Сначала он положил части тела на стол.

— Другими словами, место наибольшей нагрузки – перед столом. – Ми Нань снова указала на крематорий. – А также перед дверцей печи. Логично?

— Да… – Фан Му немного подумал. – Но, вероятно, сожжение погибшего произошло несколько месяцев назад. Крематорий, возможно, все это время использовался. Сохранились ли еще следы?

Ми Нань не ответила, лишь махнула рукой, чтобы он вышел, взяла лупу и фонарик и начала внимательно осматривать пол перед длинным столом. Спустя десяток минут она выпрямилась, казалось ничего не обнаружив; выражение ее лица оставалось спокойным. Затем повернулась к крематорию, убрала последний трап и продолжила осмотр.