Книга Джули Чан мертва, страница 54 – Лианн Чжан

— Как ты смеешь мне перечить! – Ее голос оглушает. – Ладно! Я пойду в полицию! Расскажу им, что ты убила свою сестру и присвоила ее личность!

— Убила? – Я замираю на месте. – Ты с ума сошла? Я никого не убивала!

— И ты просто случайно оказалась в Нью-Йорке, когда она умерла?

— Она сама мне позвонила! Это было совпадение. Когда я приехала, Хлоя уже была мертва.

— Поверит ли тебе полиция? Ты в то же мгновение присвоила ее личность. Теперь все узнают, что ты лгунья и преступница.

Меня трясет, сердце грохочет в груди.

— Ты ничего не докажешь. У нас гены совпадают на сто процентов. Никто не сможет отличить меня от Хлои.

По крайней мере, я на это надеюсь. Мне срочно нужно это загуглить.

Она разражается смехом.

— Мне не нужны никакие генетические тесты. У меня и так все доказательства на руках.

У меня пересыхает во рту.

— В каком смысле?

— Мы все время записывали этот разговор, – говорит Патрик. – Ты сама призналась, что поменялась жизнями со своим близнецом.

— Что? – Рот остается приоткрытым, но вместо слов вырывается лишь невнятный звук. В панике я сбрасываю звонок, бросаю телефон на диван и бегу в ванную: нужно продышаться.

О боже, боже, боже. Зачем я вообще пошла в SoulCycle и решила, что я какая-то воительница-легенда? Я никто. Просто тупая овца.

И теперь у них есть запись, на которой я признаюсь в преступлении. Сколько за это дают?

Но я невиновна – по крайней мере, в убийстве.

Дыши.

Я полощу рот и умываюсь холодной водой.

Так. Думай.

Неужели она правда рискнет пойти в полицию? Вымогательство – это тоже преступление. Если она передаст запись, у нее самой могут быть проблемы. Пойдет ли она на это?

Но даже если нет, она все равно может меня уничтожить. Если она или Патрик поделятся своими подозрениями в сети, сольют фрагмент записи на какой-нибудь форум сплетен или продадут ее желтой прессе, мне конец. Люди начнут строить догадки и просто сотрут меня в порошок.

Я знаю, как действует тетя. Ее угрозы никогда не бывают пустыми. Если я сейчас не уступлю, она может вернуться и потребовать еще больше. Учитывая все те обвинения, которые могут выдвинуть против меня, я не могу с ней торговаться. Слишком рискованно не воспринимать ее всерьез, когда на кону стоит все.

Полтора миллиона долларов… в общем-то, не так уж и страшно, если воспринимать это как ипотеку. Как плату за новую жизнь. Если взять дополнительные рекламные контракты и пахать без перерыва, я смогу за пару лет отбить эти деньги. Может, тетя согласится на рассрочку. Если платить частями, сумма уже не кажется такой пугающей. Допустим, десять платежей по сто пятьдесят шесть тысяч? Или ежемесячно по пятнадцать тысяч? В таком виде это вообще не выглядит катастрофой.

Я все время забываю, что я больше не Джули Чан, кассирша в «Суперфудс». Теперь я – Хлоя Ван Хейзен, инфлюенсер. Я в состоянии зарабатывать безумные деньги. Мое фото стоит тысячи долларов. Буквально.

И, если подумать, держать тетю на содержании даже выгодно. Она единственный человек из моей прошлой жизни, способный разрушить мою новую личность. Лучше держать ее на дорогом поводке, чем постоянно ждать, когда она укусит.

Собравшись с духом, я ей перезваниваю.

Она моментально берет трубку.

— Решила?

— А если миллион?

— А если два? – мгновенно отвечает тетя.