Книга Не верь глазам своим, страница 119 – Лариса Соболева

— Все равно этот раунд мой, один-ноль… Георг?.. Ты доехал?.. Я вот по какому поводу. Ты знаком с Ангелиной Львовной, попроси у нее номер доктора, который лечил Веронику в деревне… Я бы сказал, она в странном состоянии, будто вот-вот упадет, еле ногами передвигает… Хочу проконсультироваться, раз она ему доверяет, уходила-то нормальной, энергичной… Завтра, конечно. Пока.

После отправился на кухню поискать чего-нибудь съестного.

Он лежал с открытыми глазами в полутемной палате, два тусклых матовых светильника давали рассеянный локальный свет на стене, толку от них мало, но и не темно. Юрий Андреевич лежал, глядя в потолок, он думал, подвергая ревизии свою жизнь и свой путь в ней. Очутившись за порогом смерти и с усилиями выползая из сумрака, Юрий Андреевич искал причины, которые довели его до больничной койки, но, как и большинство людей, причины видел в других, а не в себе, вот и вся ревизия.

Впрочем, только животные не знают, когда переступают грань раздела между добром и злом, люди отлично понимают. Это простые, даже примитивные понятия, человек сознательно стирает между ними грань, стер и он. В сущности, копаясь в себе, Юрий Андреевич ждал медсестру, из всех девушек выбрал ту, которая заходила к нему первой, когда он очнулся. Заняться здесь нечем, мысли наполнили голову, за весь день их скопилось много, а когда в клинике наступила ночь, тишина их перемешала, что и выделить главное трудно.

Он услышал знакомые шаги в коридоре – это она, закрыл глаза и ждал. Медсестра вошла в палату, что-то делала, потом склонилась и стала менять на обгоревшем лице салфетку, пропитанную составом со специфическим запахом. Подглядывая за ней, Юрий Андреевич дождался, когда медсестра сложила в лоток инструменты и схватил ее за запястья, чтобы она не ушла.

— А! – вскрикнула девушка.

— Тихо, не ори! – сказал он.

— Вы… вы… – Она обрадовалась, хотя он ей никто. – Я за доктором!

— Стой! – не отпускал он девушку.

— Вам что-нибудь нужно? – наклонилась она к статусному больному, ему нужно угождать.

— Сядь. – Медсестра покорно села на край кровати. – Скажи сначала, какое сегодня число?

— Тридцатое… Ой, простите, уже тридцать первое декабря.

— Стало быть, лежу здесь долго… У меня к тебе просьба. Две просьбы. Никому не говори, что я очнулся…

— Но так нельзя, я обязана…

— Ты обязана выполнять мои требования, – перебил девушку Юрий Андреевич сердито. – За это тебе платят, а мой сын дополнительно заплатит больше, чем твоя зарплата. Если узнают, что я очнулся, придут сюда убить меня. Я очнусь только после того, как увижусь со старшим сыном. Ты должна встретиться с ним. Тебя как зовут?

— Светлана. Вам принести телефон? С моего позвоните сыну.

— Номера не помню, как большинство из нас. Но дело не в том, я ничего не хочу говорить по телефону, поняла? Ты все передашь сыну, запиши адрес.

* * *

Вероника спала как убитая, проснулась рано, в первый миг испугалась – где это она, но все здесь знакомо как бы… Вспомнила вчерашний день и то, что она в доме мужа. Она села на кровати, потянулась и осмотрелась. Сходила в комнату для гостей, в шкафу нашла банное полотенце, обернулась в него и вышла из комнаты босая. Шла к лестнице, как вдруг заметила Сергея, идущего навстречу, он улыбался: