Книга Чужак и не его Сновидица, страница 32 – Рина Белая

Мы вошли в комнату плечом к плечу. Чужак сидел за моим столом и сосредоточенно листал одну из книг по теории сновидений. При нашем появлении он даже не обернулся. Мы с Ливией переглянулись и, не сговариваясь, сыграли по его правилам: сделали вид, что за столом никого нет.

Время до ужина прошло в звенящем напряжении. Я сидела на кровати с неестественно прямой спиной, судорожно прижимая к груди сонник – единственный ценный источник информации обо мне. Когда пришло время ужина, мы с Ливией вышли вместе. Но стоило нам выйти из кельи, как я снова стала для нее всего лишь досадной случайностью.

В трапезной она тут же оказалась в центре внимания Хранителей Истины. Было неприятно наблюдать, как молодые люди из высшего общества, едва завидев новенькую, сразу приняли ее как свою. Наверное, у них действительно есть какие-то негласные знаки, по которым они узнают друг друга.

Я опустила голову, уткнувшись в тарелку, когда кто-то с шумом плюхнулся рядом.

— Знаешь, сновидица из тебя так себе, – раздался знакомый насмешливый голос.

Я подняла глаза. Передо мной сидел Килан. Его каштановые волосы были растрепаны сильнее обычного, а ворот темно-зеленой рубашки расстегнут на две пуговицы больше, чем позволяли приличия. Раньше я бы смутилась или даже сделала ему замечание, но сегодня, после всего случившегося, вид его ключиц вызвал лишь усталый вздох.

— О чем ты? – переспросила я, не сразу понимая, к чему он клонит.

— О твоем пророчестве! – Килан широко улыбнулся. – Ты сказала, что я получу допуск к нижней лечебне.

— И?

— Я завалил практику, – он развел руками. – Так что твой дар барахлит.

Я даже не успела отреагировать, как он подался вперед, почти нависнув над столом, и внимательно вгляделся в мое лицо.

— Ты какая-то бледная, – произнес он уже тише. – Тебе нужно проветриться. Может, после ужина заглянем в Крыло Лекарей? А после пройдемся по саду вдоль тисовых изгородей, к водосборной чаше. Там сейчас не так красиво, как весной, но тоже есть на что посмотреть.

Я криво усмехнулась.

— Я знаю этот сад, Килан. И чашу видела.

Он удивленно моргнул.

— Откуда?

— Я здесь уже девять лет, – напомнила я. – И в верхней лечебне бываю куда чаще, чем хотелось бы.

Килан замолчал. Веселость на его лице поблекла. Он задумчиво постучал пальцами по столу, и я заметила, как его взгляд скользнул к моему соннику. У меня тут же мелькнула догадка: он здесь не ради прогулки. Ему нужна подсказка. Неужели он думает, что в саду «видеть» проще, чем в шумной трапезной?

— Жаль, – наконец сказал он.

— Извини, Килан, – отрезала я, поднимаясь. – Мне пора.

Я прижала сонник к груди и направилась к выходу, бросив быстрый взгляд на стол аристократов. Ливия сидела в центре, изящно держа чашку и что-то увлеченно рассказывая. Судя по тому, как внимательно ее слушали Хранители Истины, она собиралась задержаться.

Так и вышло. Я успела вернуться в келью, сходить в купальню и сменить платье. Мои волосы почти высохли, а в этом сыром и холодном климате Обители они сохнут бесконечно долго. Когда наконец появилась Ливия, она лишь тихо заметила:

— Впервые радуюсь тому, что в ученических кельях не предусмотрены засовы.

— Может, оставить дверь приоткрытой? – предложила я, чувствуя, как по спине ползет холод страха.

— Оставь нараспашку, красавица, – лениво отозвался чужак.