Книга Чужак и не его Сновидица, страница 160 – Рина Белая

Ответ для обоих был очевиден. В себя Мархус пришел еще в переходе, но открывать глаза не спешил. Пока Сновидица считала его беспомощным, она оставалась рядом.

— Тронут твоей заботой, – наконец произнес он. – Но если мои яйца отвалятся и останутся на дне этой ванны, ты лично будешь отчитываться перед Мезирой, почему у нее больше не будет внуков.

Шед поставил ведра на пол.

— Кто же знал, что у тебя там все настолько… хрупкое, – сказал он.

Шед среагировал мгновенно и отшатнулся в сторону. Несколько тяжелых кусков льда, запущенных Мархусом, со свистом пролетели мимо его головы, вылетели в открытый проход и с сухим стуком покатились по полу коридора. От этого резкого движения гигант поморщился и глухо зарычал – перевязанный бок тут же отозвался болью.

— Надеюсь, это были не твои яйца? – бросил он, осторожно прижимая ладонь к свежим бинтам.

В светлых глазах Мархуса вспыхнула такая неприкрытая злоба, что Шед на всякий случай сделал еще полшага назад. Командир уперся ладонями в скользкие металлические борта и попытался выбраться из ледяной каши, но тело все еще плохо ему подчинялось. Мышцы на плечах и руках судорожно задрожали от слабости, пальцы соскользнули, и он с тяжелым всплеском рухнул обратно в воду, подняв холодные брызги.

Шед тяжело привалился плечом к деревянному косяку и скрестил руки на груди. Он молча наблюдал, как Мархус, тяжело дыша, пытается справиться с дрожью в ослабевших руках.

— И нахрена тебе все это? – глухо спросил Шед. – Почему ты просто не откажешься от нее, пока Круг не замкнулся? У нее в голове все мысли только о том, как спасти своих пленных. И ни одной о том, как затащить тебя, великого Мархуса, к себе в постель.

Мархус откинул голову на край ванны и закрыл глаза. Вода вокруг него все еще лениво колыхалась, позвякивая остатками льдин.

— Я едва не сдох на той башне, замерз как тварь и вымотан до предела. Хочешь, чтобы я начал читать тебе лекцию о судьбе?

Гигант пожал тяжелыми плечами, отчего повязки на груди и боку натянулись.

— Нет. Просто глядя на то, как тебя выворачивает наизнанку, я начинаю думать, что готов лично восстановить Световую башню по камешку, – проворчал он. – Только бы эта дрянь никогда меня не коснулась.

Мархус открыл глаза и коротко усмехнулся, продолжая смотреть в потолок.

— Это не дрянь. Это дар свыше.

Шед тяжело вздохнул, не меняя позы.

— Мархус, давай уже будем называть вещи своими именами. Ни хрена это не дар. Это проклятие. Болезнь. Безумие. Выбирай любое слово.

— Безумие – это пытаться жить без нее и делать вид, что связь сама собой распадется, если не замкнуть Круг.

— Нет, Мархус. Безумие – это закрывать Круг с женщиной, которая тебя не хочет, которая о тебе не думает и которая, будь ее воля, вообще держалась бы от тебя подальше. Ты проведешь ее через ритуал. И что дальше? С точки зрения Круга она станет твоей супругой. Все в тебе будет рваться к ней. Каждая капля крови. Каждый вдох. А для нее почти ничего не изменится.

Мархус ничего не ответил.

— Ты станешь зависеть от нее сильнее, чем сейчас, – продолжил Шед. – А ты ей даже не нужен. Для нее ты останешься чужаком. Врагом. Проблемой, которую она выбросит из своей жизни сразу после того, как спасет Уоллов. Так зачем ты продолжаешь? Нахрена добровольно подписываешь себе такой приговор?