Книга Чужак и не его Сновидица, страница 109 – Рина Белая

Я лишь сильнее вскинула подбородок, не позволяя себе отступить. И именно это стало моей ошибкой.

Свет от огня в камине скользил по его лицу, вспыхивал в радужке янтарем и скрывал настоящий цвет глаз. Но стоило пламени опасть, как золото гасло и из-под него проступала холодная сталь.

Я смотрела слишком долго. Его глаза удерживали меня, пока все остальное медленно исчезало. Жар камина смешивался с теплом его тела, проникавшим сквозь тонкую ткань наряда. Измученное ледяной купальней тело отзывалось на него само, слабой, предательской дрожью.

Его дыхание касалось моего лица, вытесняя из головы пленных, Обитель, даже остатки здравого смысла. Что-то сдвигалось внутри, ломая привычную опору. Я уже не помнила, о чем спорила и почему должна была отступить.

Взгляд сам собой скользнул к шраму на его скуле. В полумраке, подсвеченном багровыми углями камина, он казался особенно заметным. Старый, давно заживший, слишком грубый для этого спокойного, неподвижного лица. И вдруг в голове мелькнула совершенно нелепая мысль: слишком близко к глазу. Еще немного… Какой ублюдок вообще посмел оставить на нем такой след?

Все дальнейшее происходило слишком тихо и незаметно, чтобы я успела это осознать или остановить себя. Рука поднялась сама. Я не думала, зачем это делаю. Просто в какой-то момент пальцы уже потянулись к его щеке, к этому шраму, словно мне зачем-то нужно было коснуться его, убедиться, что под ним больше не осталось боли.

— Что ты делаешь, Сновидица? – негромко спросил он.

Меня будто выдернуло обратно.

Мои пальцы уже были возле его лица, так близко к шраму, что оставалось лишь коснуться. Сердце резко ударило в ребра. Я уставилась на собственную руку, отказываясь верить, что она принадлежит мне, а затем перевела взгляд на чужака.

Он не шевелился и не пытался остановить меня. Только смотрел тяжело и внимательно.

Колени дрогнули. Я не понимала, что со мной происходило, но чувствовала, как моя воля слабеет, уступая чему-то непонятному и чужому.

Чужак среагировал мгновенно, не оставив мне шанса отступить. Его тяжелая ладонь легла мне на затылок. Пальцы вошли в еще влажные волосы, удерживая голову и не позволяя отвернуться. Второй рукой он перехватил меня за талию и притянул к себе, не давая отшатнуться и потерять равновесие.

Чужак чуть склонил голову, и его голос прозвучал прямо над моими волосами – тихий, низкий, лишенный привычной насмешки.

— Я придумал тебе задание, Сновидица. Только не исчезай.

Я замерла, уткнувшись носом ему в грудь, и вдруг поймала себя на еще одной дикой, почти невозможной мысли. Время в этом сне таяло. Рассвет подбирался все ближе, но сейчас, стоя в его объятиях и чувствуя, как крепко он удерживает меня, я с пугающей ясностью осознала, что не хочу исчезать.

Разум требовал оттолкнуть его, отступить, прекратить это безумие, пока оно не зашло слишком далеко. Но измученное холодом, страхом и бесконечной ночью тело тянулось к его теплу. К редкому ощущению покоя, которое эта ночь словно по ошибке оставила мне.

Я осторожно положила ладони ему на грудь и медленно отстранилась. Чужак отпустил меня сразу – его руки соскользнули с моей талии и затылка, возвращая мне свободу. Я сделала шаг назад, упрямо глядя куда-то в район его плеча, лишь бы не встречаться с ним взглядом. Сознание тут же услужливо напомнило о прошлом задании, и я решила не задавать лишних вопросов.