Книга Измена дракона. Теперь я тебе не принадлежу, страница 120 – Виолетта Весна

— Что именно?

— Формулировка о совместных вложениях.

— Что с ней?

Я повернула документ.

— «Имущество, приобретенное супругами совместно для общего использования, может быть признано общей собственностью по дополнительному соглашению».

Он прочитал.

— Да.

— Слишком расплывчато.

Теперь Рейнар поднял глаза.

— Это ты писала.

— Значит, я и исправлю.

— Вчера тебя все устраивало.

— Вчера я читала как автор. Сегодня читаю как сторона.

Он улыбнулся.

— Очень опасное сочетание.

Я взяла карандаш.

— Нужно написать, что сам факт совместного использования не создает общую собственность. Если мы купим дом и оба там живем, это еще не означает, что доли автоматически равные.

— Согласен.

— И каждый вклад должен быть зафиксирован.

— Согласен.

Я посмотрела подозрительно.

— Ты вообще собираешься спорить?

— Когда будет с чем.

— Очень неудобный жених.

— Пока еще можно отказаться.

Я отложила карандаш.

— Ты каждый раз это говоришь.

— Потому что каждый раз это остается правдой.

Через неделю мы должны были пожениться.

Не завтра утром.

Не сразу после суда.

Не потому, что я однажды сказала ему в постели, что, возможно, захочу снова выйти замуж.

Прошел почти год.

За это время мы успели поссориться из-за работы еще несколько раз.

Один раз из-за того, что Рейнар три недели подряд приходил поздно и утверждал, что «заканчивает сложное дело», пока я не спросила, собирается ли он вообще оставлять в собственной жизни место для чего-то кроме Палаты.

Он сначала обиделся.

Потом признал, что я права.

Через два месяца ситуация повторилась уже со мной.

Я взяла слишком много клиентов, пропустила два наших ужина подряд и на третий вечер сама сказала:

— Можешь не объяснять. Я вижу.

Рейнар ответил:

— Хорошо, потому что я уже приготовил очень неприятную речь.

Мы все равно поругались.

Потом передоговорились.

Мне нравилось, что отношения не стали идеальными после признания в любви.

Мы не превратились в двух людей, которые всегда понимали друг друга с полуслова.

Иногда я злилась.

Иногда он.

Иногда мне хотелось решить его проблему за него.

Иногда он начинал давать советы раньше, чем спрашивал, нужны ли они.

Но теперь это не считалось нормой только потому, что один из нас желал добра.

Мы говорили.

Исправлялись.

Иногда повторяли ошибку через полгода и говорили снова.

Наверное, именно это и было взрослой жизнью, которой я раньше ожидала от брака автоматически.

Сам брак ничего не делал за людей.

В прошлом году я слишком хорошо это узнала.

Рейнар взял карандаш у меня из рук и дописал к четвертому разделу:

«Совместное проживание, пользование или содержание имущества само по себе не изменяет принадлежность такого имущества и не создает долю второго супруга без отдельного письменного соглашения».

Я прочитала.

— Лучше.

— Спасибо.

— Но «такого имущества» можно убрать.

— Почему?

— Повтор.

— Оставить.

— Рейнар.

— Лиара.

Мы посмотрели друг на друга.

Я потянулась за другим карандашом.

— Пишем два варианта и завтра покажем Эстель.

— Предательство.

— Независимая экспертиза.

— Она скажет, что оба слишком длинные.

— Скорее всего.

Мы продолжили.

В нашем договоре не было ничего романтического.

Каждый сохранял собственные банковские счета.

Каждый сохранял доход от своей работы.

Имущество не становилось общим автоматически.