Книга Граф в моей постели, страница 20 – Нина Венс

— Значит, Орден уже здесь.

— Да.

— И знает, что ты вернулся.

— Да.

— Тогда зачем мы пришли на бал?

Адриан улыбнулся.

— Потому что нам нужно было, чтобы они узнали.

— Зачем?

— Чтобы они сделали следующий ход.

Я посмотрела на него.

— Иногда мне кажется, что ты слишком любишь опасность.

— Только когда ты рядом.

Я хотела ответить. Но тут погасли свечи. И раздался женский голос:

— Граф де Вальмон.

Я узнала его. Изабелла.

Ночь перед дуэлью была удивительно тихой. Над влажной травой стоял туман, в окнах ещё горели свечи, слуги спешили закончить работу после приёма. Только люди умели назначать среди этого покоя час, когда гордость становилась важнее здравого смысла.

Изабелла вышла из темноты.

— Я предупреждала тебя.

Адриан встал передо мной.

— О чём?

— О том, что она принесёт тебе смерть.

— Ты говоришь о себе?

Изабелла улыбнулась.

— Нет.

Она посмотрела на меня.

— О ней.

Я сделала шаг вперёд.

— Может, вы уже перестанете говорить загадками?

— Ты не понимаешь, что происходит.

— Тогда объясните.

— Не здесь.

Адриан выхватил шпагу.

— Изабелла, кто тебя послал?

— Тот, кто вернулся из мёртвых.

Я почувствовала холод.

— Брат?

Она ничего не ответила. Но в этот момент двери распахнулись. Вошёл мужчина. Высокий. Седой. С лицом Адриана. Только старше. Адриан побледнел.

— Люциан.

Мужчина улыбнулся.

— Брат.

Я посмотрела на Адриана.

— Ты говорил, что он умер.

— Так и было.

Люциан рассмеялся.

— Ты всегда был слишком доверчив.

Он бросил на пол перчатку.

— Дуэль.

Адриан поднял её.

— До смерти?

— Разумеется.

Я схватила Адриана за руку.

— Не надо.

Он посмотрел на меня.

— Если я откажусь, он получит право объявить меня трусом.

— Мне всё равно.

— А мне нет.

— Тогда хотя бы не умри.

Он улыбнулся.

— Постараюсь.

В ожидании назначенного часа нас отвели в маленькую галерею. Адриан молчал. За стеклом темнел сад, из соседнего помещения доносился смех людей, которым ещё предстояло выбрать сторону. Я никогда прежде не слышала, чтобы чужое веселье звучало настолько неприятно.

Мадлен принесла воду и, ставя поднос, незаметно подтолкнула ко мне свёрнутую карточку. На ней по-прежнему значилось имя Анастасии. С оборота кто-то написал: «Вдовец должен узнать её первым». Подписи не было. Я показала записку Адриану. Он долго смотрел на неё, и я увидела, как первоначальная ярость сменяется вниманием.

— Они заранее приготовили роль для меня, — сказала я. — И для тебя тоже. Ты должен рассердиться, броситься вперёд и не задавать вопросов.

Он хотел возразить, потом сел. Эта маленькая победа далась ему труднее любого красивого ответа. Мы договорились об одном: что бы ни говорил Люциан, Адриан не станет считать каждое оскорбление приказом к действию.

Я заметила на рукаве его камзола разошедшийся шов. Нашла у Мадлен иголку и попросила графа не двигаться. Он начал говорить, что сейчас не время заботиться об одежде. Я объяснила, что торчащая нитка может зацепиться, и он сразу перестал спорить. Несколько стежков вернули мне ощущение полезности. Мне не хотелось стоять в стороне только потому, что я не умею обращаться со шпагой.

Когда мы вышли в сад, трава промочила подол почти мгновенно. Я разозлилась на платье, на безразличные звёзды, на людей, которые назвали собственную жестокость честью. Адриан взял у лакея фонарь и поставил его подальше от сухих веток. Даже сейчас он заметил опасную мелочь. Я решила запомнить это, каким бы ни оказался остаток ночи.