Книга Запретная алхимия, страница 99 – Стейси Макьюэн

— Что ж, если не хочешь, чтобы я его прикончила, придется платить больше.

Тесс перевела тяжелый взгляд на сына. Либо у Патрика кожа была дубленой, либо он просто привык к материнскому нраву. Я же под этим взглядом готова была провалиться сквозь землю.

— Деньги затыкают им глотки лишь на время, – отрезала она. – Отец учил тебя этому.

— Легавые не работали ни дня уже семь лет, ма, – устало парировал он. – Они шлют свои липовые отчеты в город, мол, в Кентоне тишь да гладь, и это дает нам еще один день. Они нужны нам здесь. Живые и слепые.

Тесс посмотрела на него с упреком.

— Запри ее обратно, сынок. – Имени называть не потребовалось. – Хватит на сегодня неприятностей.

Она прошла мимо Патрика, толкнула распашную дверь и исчезла в зале, даже не оглянувшись.

Я наконец смогла разжать челюсти.

— На случай, если ты еще не поняла, – сказал Патрик, прикрывая глаза и приваливаясь к стене. Казалось, он вот-вот уснет прямо стоя. – Вот почему тебе стоило сидеть в своей комнате.

Спорить с ним, когда он выглядел настолько измотанным, казалось неправильным. Я промолчала.

— В этом городе полно людей, которые спят и видят, как бы мне насолить, Нина. И если бы у них хватило мозгов, они бы использовали тебя, чтобы разрушить все, что я строил.

Я вспомнила людей в пабе. Тех, кто сначала ныл и жаловался, а потом встал стеной за его спиной перед лицом угрозы. Мне хотелось сказать Патрику, что он ошибается, что многие верят в него. Восхищаются им.

— Никому нельзя доверять, – пробормотал он себе под нос, отталкиваясь от стены. – Иди. – Он махнул в сторону лестницы. – Я распоряжусь, чтобы тебе принесли ужин.

Я подняла брови:

— Я не могу поесть в столовой?

— Ее здесь нет.

— Тогда, может, в пабе?

Он скептически посмотрел на меня:

— Хочешь добавки общения с моей матушкой?

Я поежилась:

— Кажется, она обещала меня пристрелить.

Он хмыкнул.

— Не бери в голову. Она это обещает каждому второму.

Успокоил, тоже мне.

— Тогда спокойной ночи. – Я повернулась к лестнице.

— Сэм скоро заступит на дежурство, – сказал он мне в спину. (Я постаралась не воспринимать это как угрозу.) – Окажи мне любезность, не грозись похоронить парня заживо, ладно?

Уголки моих губ дрогнули.

— Завтра встретишься с Маргаритой, – добавил он. – В семь утра. Я скажу Сэму, чтобы разбудил и проводил.

Я замерла, уже поставив ногу на первую ступеньку. Обернулась.

— Кто такая Маргарита?

Он ответил не сразу. Наши взгляды встретились, и повисла тишина, полная невысказанных слов. Лед в его глазах на мгновение растаял, уступив место чему-то теплому, почти болезненному. Желваки на его щеках дрогнули.

— Увидишь, – коротко бросил он.

«Держи свои хорошенькие глазки там, где им положено, – на горизонте».

— Спокойной ночи, Патрик.

— Ночи, девчонка из Скарри.

Двенадцать бесконечных пролетов вверх. На самом верху меня ждал пустой стул Сэма.

Я думала о его матери, пылающей праведным гневом. О его отце, сгинувшем в туннеле. Вина кольнула сердце, и я дала себе слово быть с парнем помягче в следующий раз.

Но сейчас я хотела только одного – спать. Видеть выцветшие вишни на обоях и провисший потолок. Тишины. Долгой, исцеляющей тишины. Один день в людском водовороте выжал меня досуха.

Я миновала тринадцатую дверь. Пятнадцатая манила, обещая покой.