Книга Запретная алхимия, страница 13 – Стейси Макьюэн

Обычно Патрик не воровал. Его старший брат Ганнер чуть не лишился руки за мешочек засахаренных апельсинов весом в десять унций – одно из их самых глупых предприятий. Но когда Патрик посмотрел на Нину, увидел ослабший бант в ее волосах, царапины на горле, цепкие глаза, он почувствовал лихорадочное желание совершить что-то глупое.

И он схватил ее за руку:

— Пойдем, девчонка из Скарри.

Патрик потащил меня через двор, мимо групп детей, от скуки занявшихся школьными играми.

Я шла безропотно. Было жарко. Я устала, проголодалась, и мне смертельно надоело ждать. Меня распирало от нетерпения, которое я не могла скрыть. Движение стало облегчением.

Я слишком поздно поняла, куда он меня ведет. Его пальцы крепко вцепились в мою ладонь и потащили меня вдоль здания, где несколько детей искали тень, а слуги Национального Дома курили. Здесь не было ничего, кроме ограды из песчаника, плюща, карабкающегося по известковым стенам, пыли и грязи под ногами. Улица была заполнена лошадьми, повозками и разнокалиберными фургонами. Возчики орали друг на друга, пытаясь пробиться и объехать, чтобы доставить свой следующий груз. Все они были ремесленниками.

— Нам сюда нельзя, – прошипела я, пытаясь вырвать руку у Патрика.

Он обернулся, подмигнул одним из своих поразительных глаз и усмехнулся.

— Неужели ты боишься?

Я бросила на него самый презрительный взгляд, на какой была способна.

— Что мы делаем?

— Идем поесть. Я умираю с голоду.

«Я тоже».

— Если нас поймают, то выгонят!

Патрик остановился, когда слева от нас открылась дверь, и мы бросились на землю, скрытые от глаз шатко сложенными вдоль стены ящиками. Вышедший слуга не посмотрел в нашу сторону. Он свистнул возчику:

— Ты следующий!

Я вздохнула с облегчением:

— Господи, чуть не попались.

Но взгляд Патрика был прикован к этой открытой двери, к слуге, стоящему спиной, к пространству между ними. Его взгляд лихорадочно сиял.

Мои глаза расширились.

— Патрик. Даже не думай.

— Трусиха, – прошептал он с ухмылкой.

— Я не трусиха.

— Тогда соберись с мыслями, девчонка из Скарри. На счет три. Раз…

— Не смей.

— Два.

— Ты и вправду думаешь, что я за тобой пойду, да? Я что, похожа на дуру?

— Три.

Патрик отпустил мою руку, отдал мне честь, затем перепрыгнул через ящики и вбежал в открытую дверь, исчезнув внутри.

— Вот дерьмо, – выдохнула я.

Следовать за ним не было никакого смысла. Столько людей входило и выходило, Патрика обязательно поймают. Мальчишки – настоящие идиоты. Он, вероятно, врезался прямо в грудь полицейского, как только вошел. Его запястья, наверное, уже в кандалах. Его вот-вот отведут обратно к поезду.

Ему-то что. Патрик хотел вернуться на Грань. Какое ему дело, если Дом откажет ему в праве на Отбор? Возможно, он этого и добивался – способа избежать этого испытания.

Тут мне пришло в голову, что, возможно, Патрик боялся. Что, если он примет идиум и тот покажет, что он искусник? Он не говорил о доме со сжатыми челюстями, как я. Нет, он говорил о нем как о месте, которому он принадлежит. Что, если идиум покажет, что это не так?

Может, оставить его с этим плохо продуманным планом, с его поездом и несчастьем. Какое мне, в конце концов, дело?

Время шло, а он не появлялся. Дверь оставалась открытой, и вышедший из нее слуга, казалось, был занят жарким спором с возчиком. Ни один полицейский не вытащил Патрика обратно в пыль.