Книга Королевы и монстры. Месть, страница 125 – Джей Ти Джессинжер

— Райли Роуз, –   сипло говорит он, водя своим членом вверх-вниз по моим влажным складкам. –   Этот монстр весь твой, моя сладкая.

Одним мощным толчком он целиком погружается в меня. Услышав мой стон, он обвивает мою шею большой мозолистой рукой и нежно сжимает. Мал жестко имеет меня, засаживая все сильнее и сильнее, его яйца бьются о мою киску, а его хриплые стоны гудят у меня в ушах.

Все ощущения восхитительно обостряются. Кровь, бегущая по венам. Трущаяся о простыню щека. Влага между ног и его пальцы, впившиеся мне в бедра. И в шею. С криками вцепившись в простыню, с взрывающимися перед глазами фейерверками я кончаю.

Он откидывается назад и садится на пятки, увлекая меня за собой и прижимая к груди. Я вздрагиваю и задыхаюсь, беспомощно прильнув к нему. Он опускает мне руку между ног и сжимает пульсирующую плоть. И повторяет что-то снова и снова, нашептывая мне в уши:

— Ty moya. Ty moya. Ty moya, dorogaya.

Таю в его руках, раздвинув ноги и оседлав его член, и кончаю так сильно, что эмоции бьют через край. Слезы начинают течь по моим щекам.

— Я знаю, –   шепчет он. –   Ох, черт, детка, я все знаю.

Когда он запрокидывает голову назад, кричит в потолок и кончает вместе со мной, я понимаю, что все мои мысли о том, как от него защититься, стали бесполезны. Неважно, насколько все это глупо или неправильно, я в деле. Остается только держаться крепче и катиться на этих американских горках до конца, чего бы это ни стоило.

Мы с Малом еще очень долго лежим в обнимку в кромешной темноте, прежде чем он заговаривает:

— Ты в порядке? –   Голос у него недовольный. Как будто он волнуется, что сделал что-то не так.

— Ты не сделал мне больно, если ты об этом спрашиваешь.

— Твое горло?..

— Ты бы мог сжимать в два раза сильнее, и я бы не почувствовала.

В ответ слышу его вздох облегчения.

— Игры с дыханием могут быть опасны. Надо было сначала это обсудить. Придумать стоп-слово.

Боже, когда я слышу из его уст «игры с дыханием» и «стоп-слово», мое воображение сходит с ума и начинает подкидывать всевозможные сценарии извращений, в которых могут участвовать двое, трое и больше человек. Представляю его посреди клубка обнаженных тел в свингер-клубе, богоподобного и блестящего, трахающего все дырки, попадающиеся на глаза. Мне становится слегка дурно.

— Вот тебе мое стоп-слово: меня никоим образом не интересует твой прошлый сексуальный опыт. От одной мысли, что ты делал нечто похожее с другой женщиной, мне хочется всадить тебе в грудь тесак и сжечь.

Повисает пауза, а потом он отвечает:

— Какое-то слишком длинное стоп-слово. Можно забыть в пылу страсти.

Я слышу в его интонации смех! Вот сволочь.

— Ты знаешь, о чем я.

— Да, –   мурлычет он, прижимая меня к себе. –   Ты ревнуешь.

— Пф.

— Отрицай сколько хочешь, но я ни словом не обмолвился о своем прошлом. Просто предложил вместе обсудить некоторые моменты. И вот, ты уже угрожаешь мне убийством.

Приходится признать, что он прав. Смущенно прячу лицо в изгибе его шеи. Когда он нежно целует меня в горло, шепчу ему:

— Извини.

— Не извиняйся. Я прекрасно понимаю твои чувства.

— Правда?

— Хочешь еще раз спросить меня про своего блондина-телохранителя и посмотреть, как я отреагирую?

Этот аргумент до определенной степени меня успокаивает. Я прижимаюсь к нему и закрываю глаза.