Книга Неудавшееся свидание, страница 101 – Бет О'Лири

— С Эй-Джеем, – многозначительно повторяет Адель. – Подай мне кружку.

Миранда со стоном тянется к столу, чтобы взять обе кружки с чаем.

— Эй-Джей, который был на твоем дне рождения? Сексуальный лесоруб в татухах?

— В Великобритании нас не называют лесорубами, Адель, мы…

— Я знаю, – отвечает Адель, прихлебывая чай. – Я знаю, как называется ваша профессия. Но в моем понимании он и правда лесоруб. Я хочу сказать, это про него: «Лес рубят – щепки летят».

Миранда открывает было рот, чтобы спросить, что она имеет в виду, но передумывает.

— Ну да, – говорит она, – это Эй-Джей.

— В нем нет никакой таинственной недосказанности, – подсказывает Адель. – Я правильно понимаю?

Миранда задумывается. Дело не совсем в этом. У Аарона Джеймисона определенно есть неизведанные глубины.

— Я имею в виду, что с Эй-Джеем… Я знаю, что он бы открылся мне.

Адель медлит, делая еще один глоток чая.

— Очень глубокомысленно. Значит, Картер, вроде как, не впускает тебя в свою жизнь?

— Ага, – кивает Миранда. – Ага, именно так. Он намеренно что-то утаивает и недоговаривает.

— Врет? – спрашивает Адель.

— Ну… да, – медленно говорит Миранда. – Мне так кажется. Возможно. Но… я не могу понять почему. Не думаю, что он мне изменяет. Я правда так не думаю.

— Ясно, – с некоторым сомнением бормочет Адель.

— Ладно, иногда мне так кажется, – признается Миранда. – Но, по ощущениям, это не так.

— Но что-то ведь натолкнуло тебя на мысль, что это возможно.

Чек из ресторана. Запись в календаре. Мэри Картер, заявляющая, что Миранда не настоящая девушка Картера и что она имеет в виду «ту, другую» девушку.

— Ага, – говорит Миранда. – Есть кое-что. И я не могу выкинуть это из головы. У меня так хорошо получалось не подпускать к себе Эй-Джея. Но сейчас, когда меня одолели сомнения насчет Картера, это дается все тяжелее.

— Что ж, – заключает Адель, обхватывая кружку обеими руками, – тогда надо копать.

— Копать?

— Раздобыть больше инфы. Пошпионить немного.

— За Картером? Я не могу шпионить за своим парнем.

— Еще как можешь. Пора взять инициативу в свои руки, Миранда. Мне кажется, именно это тебя беспокоит. Ты ненавидишь, когда что-то происходит с тобой помимо твоей воли. Тебе нужно что-то делать.

Адель замолкает, донельзя довольная собой. Миранда таращится на нее с открытым ртом. Все так и есть. Откуда Адель это знает?

— Я гений, – говорит Адель. – Не благодари. Можешь сделать мне еще чашку чая, если хочешь.

— Слишком развратные.

Шивон швыряет сапоги за спину и берет другую пару.

— Не перестарайся.

— Эти?

— Ну прямо «с корабля на бал».

— Исчерпывающе. Ладно. Эти?

— Слишком молодежные для тебя.

Шивон хватается за сердце, задыхаясь в притворном возмущении. Марлена хихикает.

— Ты прикалываешься? – спрашивает Шивон, доставая свои любимые сапоги на восьмисантиметровых каблуках. Почему-то она всегда в итоге выбирает их.

— Да, – отвечает Марлена. – А разве не ясно?

В комнату заходит Фиона: из ее телефона звучит рождественская мелодия, в руках она держит поднос с дымящимися кружками – ее фирменный горячий шоколад с «Бейлисом». Шивон закрывает глаза, вдыхая аромат: ничто так не символизирует Рождество, как горячий шоколад Фионы. Шивон всегда пытается повторить этот рецепт, когда приезжает к родителям на праздники, но добиться такого результата ей никогда не удается. Фиона добавляет в горячий шоколад какой-то волшебный ингредиент, частичку своей души.