Книга Предатели тоже плачут, страница 106 – Анна Шнайдер

— Вот всю жизнь ты такой, Дэн, — улыбаясь, сказала Реша — но прозвучало это вполне сердечно. — Светлый. А к свету все тянутся.

— Комары и мухи, например, — пошутил я, и Реша, рассмеявшись, кинула в меня ластиком.

В четверг мы поехали на запись вчетвером, плюс второй оператор для помощи Жоре — если не считать Олега и его ребят, присоединившихся к нам уже на площади, где нам разрешили выступать.

Честно говоря, я изрядно волновался. У меня аж живот свело и глаз задёргался. Нет, не камеры я боялся — просто одно дело: нести на публику обычную чушь, и совсем другое — исполнять то, что вышло прямиком из твоего сердца и твоей души.

Я чувствовал себя человеком, который собирается не просто раздеваться при толпе народу, а выставлять на всеобщее обозрение изнанку собственных трусов. Да, не слишком аппетитное сравнение, но зато абсолютно верное. Даже в полнейшей обнажённости нет столько неловкости, сколько в такой вот штуке.

— Будь я бабой, я бы тебя простил, — вдруг сказал один из участников группы — как-то так абсолютно непринуждённо, буднично, словно сообщил, что сегодня будет солнечно и без осадков.

Я промолчал, но волнение отчего-то стало чуть меньше.

Дэн

О том, когда мы будем выступать, я не оповещал подписчиков заранее, опасаясь, что народу придёт слишком много и нам впаяют штраф за несанкционированный митинг. Так что зрителями были лишь случайные прохожие, но и среди них нашлись люди, которые меня узнали. Странным образом их поддерживающие слова подействовали на меня успокаивающим образом, а Кир, наш второй оператор, даже решил снять несколько роликов — коротких бесед с прохожими, дабы потом вмонтировать их в основной материал.

Выступать мы должны были не на улице — всё-таки неудобно, конец ноября на дворе, — а в торговом центре, посреди большого зала, вокруг которого располагались различные магазинчики. Рядом постоянно сновали мужчины и женщины разных возрастов, с детьми и без — в общем, сразу стало понятно, что без публики мы не останемся.

Пока Олег и ребята настраивали инструменты, я повторял слова и немного разговаривал с будущими зрителями, питаясь их энергией и доброжелательностью. Меня знали, конечно, далеко не все прохожие, часть просто останавливались, любопытствуя, что за группа собирается выступать тут, посреди торгового центра, где перед Новым годом ставят большую ёлку, и по какому поводу. Некоторые интересовались, где шапка для денег, а узнав, что её не планируется, вытаращивали глаза и открывали рты, что было крайне забавно. Хотя парни-музыканты были вовсе не против получить дополнительную копеечку, но полная бесплатность была моим принципиальным условием. Подвиги гонораров не предполагают.

И вот, ровно в шесть по воздуху поплыли первые звуки музыки — пока ещё не имеющей ко мне отношения. Олег и ребята сыграли для разогрева знаменитую тему из фильма «Криминальное чтиво» — и этим привлекли к нашему коллективу столько внимания прохожих, что у меня вновь затряслись все поджилки и прожилки.

— Держись, Дэн, — не насмешливо, а вполне даже сочувственно проговорила Реша мне на ухо, и я — не иначе, неадекватное состояние было виновато, — ответил ей совсем не в тему:

— А ты прекрати мариновать Жору. Он же не огурец!

Реша фыркнула, неожиданно слегка порозовев, но ответить не успела — Олег объявил зрителям, что сейчас состоится… э-э-э… дебют вокалиста, который будет петь песню собственного сочинения, и мне разом захотелось развернуться и убежать.