Книга Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями), страница 98 – Гарри Фокс

— Давай, дружок, — сказала она, и в её голосе послышалось что-то знакомое. — Хороший мальчик. Верный пёс.

Я проснулся разбитым. В голове всё ещё звучал её голос, и я чувствовал себя так, будто меня переехала карета. А потом до меня дошло: Мария и Лана всю ночь спали на кровати Громира и бросали на нас с Катей недовольные взгляды. Они даже во сне не переставали контролировать ситуацию. (Как я это понял? Я всё утро выслушивал их недовольство.)

Только Зигги было норм — он несколько раз проиграл Тане в карты и отрабатывал свои поражения. Ага, Зигги, который в карты играл как самый настоящий шулер, явно хотел порадовать свою девушку. Потому они ночевали в ванной до самого утра.

Я открыл глаза и несколько секунд просто моргал, пытаясь понять, где я и почему так холодно.

Потом я увидел потолок. Он был белым. Но не обычным белым — ледяным. Иней покрывал каждую трещинку в штукатурке, и тонкие, прозрачные сосульки свисали с люстры, мерцая в утреннем свете. Я медленно повернул голову. Стены были покрыты изморозью, на подоконнике выросли целые ледяные цветы, а моя кружка с чаем, стоящая на тумбочке, превратилась в хрустальный ледяной шар.

— Твою мать, — прошептал я.

Виверна сидела на спинке стула, гордо выпятив грудь, и смотрела на меня с таким видом, будто говорила: «Ну что, оценил мой дизайн?»

Я сел на кровати, чувствуя, как холод проникает сквозь одеяло. Рядом, прижавшись ко мне, спала Катя. Она что-то пробормотала во сне и перевернулась на другой бок. Через комнату, на кровати Громира, спали Лана и Мария, укрытые одним одеялом и, судя по всему, ещё не проснувшиеся.

Я дотронулся до края кровати, и мои пальцы покрылись инеем.

— Ты что наделала? — спросил я.

Она наклонила голову, и в моей голове раздался её тонкий, насмешливый голос:

— Тебе нравится? Я сделала для тебя уют.

— Уют⁈ — я вскочил с кровати и тут же поскользнулся на ледяном полу и смачно сел на пятую точку. — Ты превратила комнату в царство Снежной Королевы!

Виверна восприняла моё падение как игру. Спрыгнула со стула, пробежала по полу и оставила за собой ледяную дорожку, которая тут же покрылась новым слоем льда. А в голое начали разносится радостные хихиканья, смешанные с лёгким шипением.

— Что за шум? — раздался сонный голос Ланы. Она приподнялась на локте и посмотрела на меня, затем перевела взгляд на стены. — Ох, не может быть. Ты что, с ума сошёл?

— Это не я! — сказал я, пытаясь удержать равновесие. — Это она!

Мария тоже проснулась, и её лицо, ещё сонное, выразило удивление, когда она увидела ледяные узоры на стенах.

— Роберт, — сказала она, зевая. — Сейчас не лето. Зачем так?

— Это не я! — сказал я.

Катя пошевелилась и открыла глаза, сонно моргая.

— Что происходит? — спросила она.

— Виверна заморозила комнату, — сказал я, пытаясь оторвать ногу от пола. — Она заморозила всю комнату.

Виверна, довольная собой, села на кровать и с интересом наблюдала за мной. Я попытался убрать лёд ногой. Но у неё были иные планы. Подбежала ко мне, выпустила маленькую струйку холода, и моя нога примёрзла к полу. Я дёрнулся — и оторвал подошву от ботинка.

— Да чтоб тебя! — выдохнул я.

В этот момент дверь ванной открылась, и оттуда, всё ещё сонные и немного растрёпанные, вышли Зигги и Таня. На них были накинуты халаты, и они выглядели так, будто только что вышли из душа, хотя вода, уверен, там обратилась в лёд.