Книга Убийство в антикварной лавке, страница 22 – Дебби Янг

— Вы недавно поселились в деревне? Или прибыли сюда ради достопримечательностей?

— Я только что переехала, – ответила я, не слишком уверенная, насколько могу откровенничать с незнакомцем.

Хотя это я была чужой в поселке. Кстати, в таком отдаленном и тихом уголке вряд ли следовало беспокоиться о безопасности. Скорее всего, в небольшом деревенском сообществе все знали друг друга. Нужно больше доверять окружающим.

— Тогда вынужден вас огорчить, что автобусный маршрут в нашу местность упразднили несколько лет назад. Компания-перевозчик не сумела сделать его окупаемым.

Не выдержав груза очередной плохой новости, я тяжело опустилась на дощатую скамью, которая тянулась вдоль остановки.

— Почему мне так не везет? Неужели это я порчу все, к чему прикасаюсь?

— Вроде перевернутого проклятия Мидаса?^[7]

— В точку. Я недавно продала дом в городе и в субботу переехала сюда, а спустя два дня уже потеряла работу. И вот-вот лишусь машины. – Я не упомянула о правах, чтобы собеседник не принял меня за опасного и безответственного водителя. – Теперь же выясняется, что автобусы тут не ходят, поэтому не получится добраться на собеседование или до работы, когда – и если – кто-то решит нанять меня.

Он состроил гримасу, которую, вероятно, считал сочувственной: нечто среднее между улыбкой и сердитым видом, уголки губ опустились, тогда как дуга широкого рта изогнулась вверх. Темные глаза, оливковая кожа и нос с горбинкой наводили на мысль о средиземноморском наследии незнакомца. Он напоминал древнеримского солдата широкими плечами, массивными руками и крепким телосложением.

Усилием воли я укротила свое воображение, не позволяя новообретенному статусу одинокой дамы подтолкнуть меня к первому встречному, проявившему доброту. Несмотря на нынешнее уязвимое состояние, мне не хотелось искать помощи у мужчины для преодоления неприятностей на этот раз.

— Но послушайте, – протянула я, беря себя в руки. – Если автобусы не ходят, то зачем нужна остановка? И чего здесь ждете вы сами?

Собеседник повернулся и постучал пальцем по большой деревянной доске. На таких раньше вешали объявления, крепя их канцелярскими кнопками. От непогоды ее защищали стеклянные дверцы, которые сейчас были распахнуты. В замочной скважине на правой торчал золотистый ключик.

— Я как раз вывешиваю уведомления на этот месяц. – Мужчина закрыл створки и запер замо́к, после чего убрал ключ в карман брюк. – А вы, случайно, не Алиса Кэрролл? Которая купила «Лавку любопытных древностей Малютки Нелл»?

Я заморгала, не понимая, как меня узнали, и настороженно ответила:

— Да, я приобрела это здание.

Интересно, почему собеседник называл заведение именем прежней владелицы, если та уже давно скончалась? Видимо, ощутив мое недоумение, он отложил пожелтевшие бумаги, которые только что снял с доски, и протянул мне руку для официального приветствия. Пожатие оказалось крепким и уверенным. Я ответила в том же духе, применив еще больше силы, чтобы продемонстрировать свой характер.

— Кстати, я редактор окружной газеты «Новости Скромной Гордости» Эндрю Глостерр. С двумя «р» на конце, а не как в названии графства. – Он произнес фамилию по буквам для ясности, затем снова подхватил бумаги. – Одна из моих обязанностей – вывешивать на доске объявления о важных деревенских событиях, а также часы работы местных заведений. Пожалуйста, сообщите мне новый график магазина, как только подготовите его. – Он указал на листок с надписью: