Книга Стань светом в темном море. Том 2, страница 136 – Softcoral

— Речь о напряжении другого рода. Бывает, встречаешься с человеком глазами и понимаешь: он что-то скрывает.

…Я вообще ничего не понял.

Однако, по меркам Син Хэряна, объяснение было исчерпывающим. Думаю, мне просто не суждено понять. Я из другого мира. Мне никогда и в голову не приходило, что, если мне что-то нужно, надо это украсть.

Кан Сучжон оглядела присутствующих, которые сидели и лежали в «Офионе» – словно внутри змея, который принимал участие в сотворении мира, – а потом обратилась к Син Хэряну:

— И что делать? Мы ведь не можем торчать тут вечно.

Син Хэрян, все еще держа в руках планшет, посмотрел на меня. Кан Сучжон тоже.

Я замотал головой из стороны в сторону и с досадой сказал:

— Серьезно? Что вы ожидаете услышать от стоматолога, который тут всего пять дней?

Инженеры, которые провели на этой базе не один год, не знают, что делать, а я должен?

Кан Сучжон посмотрела на меня, скрестила руки на груди и спросила:

— Доктор, вы последователь Церкви Бесконечности?

— Нет. Все, что я наговорил в Чучжакдоне, было ложью. На самом деле я атеист.

После этих слов где-то сбоку раздался шум. Он исходил от того самого связанного мужчины, которого оставили у входа в душевую. Мужчина извивался всем телом, будто выброшенная на сушу рыба.

Но Син Хэрян даже не обернулся, только спросил у меня:

— В нынешней ситуации… где может быть безопасно? Вы были в Хёнмудоне?

— Не был. Совсем. Ни разу не заходил.

— В Чхоннёндоне есть несколько батискафов. Если спасательные капсулы отпадают, то можно ли выбраться в них?

Я постарался вспомнить, что говорила в прошлый раз Пэк Эён… Кажется, что-то о том, что они двухместные?

— Я слышал, что там есть один двухместный батискаф с ручным управлением, но больше ничего не знаю.

Син Хэрян задумался, и связанный мужчина снова принялся извиваться. Руки и ноги были крепко связаны спереди, отчего пленник даже не мог перевернуться. Похоже, все, что ему оставалось, – это дергаться изо всех сил.

Интересно… в кино обычно связывают руки за спиной. Может, впереди надежнее? Труднее развязаться?

Кан Сучжон кивнула в сторону мужчины и спросила:

— А с ним что?

— Ы-ы-ыф! Ы-ы-ы-ы-ыф! – взвыл тот и затрепыхался.

— Заберем с собой, конечно, – сказал я, опережая Син Хэряна.

Кан Сучжон мой ответ явно не понравился – по лицу было видно. Но разве можно иначе? Через некоторое время Подводная станция начнет рушиться, и тогда вода дойдет и до спортзала. Он что, должен лежать здесь связанный и беспомощно тонуть? Даже представить страшно.

Услышав наш разговор, мужчина задергался еще сильнее. Из-за кляпа ему оставалось только смотреть на нас, но в его взгляде читались злость и ненависть. Каждый раз, когда пленник с шумом ударял ногами о пол, Ю Гыми и Туманако вздрагивали и испуганно косились в его сторону.

Глядя на совершенно спокойного Со Чжихёка, Ю Гыми не выдержала:

— Я все хотела спросить… А почему он вообще связан?

— Так безопаснее.

Тем временем Син Хэрян развернул трехмерную карту Четвертой подводной базы и принялся обсуждать с Кан Сучжон батискафы – максимальную глубину погружения, вместимость и прочее.

Воспользовавшись тем, что он занят, я указал на мужчину и спросил Со Чжихёка:

— Я хотел бы задать ему несколько вопросов. Можно вытащить кляп?

— Конечно.