Книга Стань светом в темном море. Том 4, страница 255 – Softcoral

Майкл как ни в чем не бывало продолжил:

— Вы ведь, кажется, из Кореи? Несколько лет назад корейскую команду возглавляла женщина по имени Ян Наын. Она была довольно толковым руководителем.

Когда Майкл Роакер начинал кого-то расхваливать, было трудно понять, шла ли речь о действительно выдающемся человеке или о законченном мерзавце, от которого в цивилизованном обществе стоит держаться подальше.

— Ян Наын была настоящим профессионалом. Она прекрасно ладила с другими командами, да и внутри своей пользовалась авторитетом. Говорят, стоило ей отправить прошение, как даже корейское правительство переставало прикидываться глухим и выделяло средства хотя бы на базовые расходники. – Майкл усмехнулся и, не скрывая издевки, продолжил: – А вот ее заместитель, Чо Тонхи, был фигурой куда более… занимательной. Он питал жгучую зависть к женщинам, которые были умнее его, и проявлял рабскую покорность перед мужчинами, превосходившими его физически. С явным отвращением относился к собственному гражданству, воспринимал его как личное унижение, но при этом боготворил остальные семь стран Северо-Тихоокеанской станции, видя в них некую утопию. Сложно было найти более подходящую кандидатуру на роль главы корейских инженеров.

Я никогда не встречал Чо Тонхи лично, но чужих историй хватило, чтобы понять: такого человека ни в коем случае нельзя допускать до руководящих позиций. Вообще никаких. Мне было страшно спрашивать о том, какая участь постигла Ян Наын, но я все же спросил:

— Что случилось с Ян Наын?

— До банальности скучная история – на нее напал собственный подчиненный. Я несколько раз вызывал Чо Тонхи к себе и аккуратно внушал ему мысль, что он – идеальный кандидат на должность руководителя команды. Другие наши последователи поддерживали его уверенность. Пара бутылок нелегально пронесенного алкоголя, постоянный доступ к сигаретам… Этого оказалось достаточно. Мужчины из корейской команды, и без того раздраженные жесткими запретами станции – ни выпивки, ни курения, ни шлюх, – быстро пристрастились к контрабанде, которую поставлял Чо, и стали для него надежной опорой. – Майкл презрительно фыркнул. – Дальше все было до смешного просто. Отношения между Ян Наын и Чо Тонхи окончательно испортились: она постоянно отчитывала его за ошибки в работе, систематическое пьянство, курение и азартные игры. В одну из ночей, когда над станцией бушевал шторм, Чо Тонхи ударил ее по затылку баллоном с воздухом и сбросил в океан.

Не знаю, какое у меня было выражение лица, но Майкл расплылся в отвратительной улыбке:

— Я просмотрел записи с камер и, разумеется, вызвал Чо Тонхи к себе. Он умолял меня замять дело, обещая взамен верность мне и американской команде. Довольно забавно, учитывая, что я австралиец. Каким образом убийство корейского руководителя и избавление от тела должно было считаться службой интересам другого государства, я так и не понял, но записи удалил, как он и просил. Было весело наблюдать за клоунадой, которую Чо устроил на станции, но через некоторое время родители Ян Наын забили тревогу, ведь она перестала выходить на связь. Корейские власти начали расследование. Тело не нашли, поэтому я решил, что из-за шторма его либо унесло к островам Океании, либо оно просто пошло на дно. Но, к моему удивлению, Ян Наын нашлась совсем в другом месте.