Книга Женщина в библиотеке, страница 118 – Сулари Джентилл

— Ты сильно веришь в американскую правовую систему, Фредди.

— Но я же права, разве нет? У них есть только косвенные улики, а больше они не найдут, потому что ты не виноват. — С каждым словом я становлюсь увереннее. — У них ничего на тебя нет.

— Полагаю, они считают, что улики не нужны, когда есть чистосердечное признание.

— Но они не… ты не…

— Конечно нет. Просто говорю, что отсутствие конкретных доказательств их заботит меньше, чем тебя. Они думают, что смогут заставить меня признаться.

— Нам нужно найти тебе адвоката, — твердо говорю я.

Он кивает:

— Как только найму адвоката, сразу сдамся полиции. Но я должен узнать все, что могу, прежде чем меня схватят. — Он кладет вилку и нож на стол. — Незадолго до смерти Бу раздобыл деньги. Конечно, все потратил на выпивку, но, судя по всему, у него что-то на кого-то было.

— Он кого-то шантажировал?

— Похоже, что так.

— Он мог так поступить?

— Даже не задумываясь. Его моральный компас был несколько прагматичный. — Каин хмурится. — Один его приятель считает, что Бу знал что-то об убийстве Кэролайн Полфри.

— Насколько это вероятно?

Каин пожимает плечами:

— Не знаю. Бу нравилась библиотека. Он мог быть там в тот день.

— Получается, если он что-то видел и шантажировал убийцу, тот мог решить от него избавиться.

— Да, возможно. — Он колеблется. — Есть один мужчина, Деррил Леоновски — работает в суповой кухне в Восточном Бостоне. Судя во всему, Бу там частенько бывал, играл с Деррилом в шахматы.

— Ты с ним разговаривал?

— Раздумывал над этим.

— Но ты боишься, что он сообщит полиции.

— Такой шанс есть.

— Я могу с ним поговорить. Меня, возможно, еще не ищут.

— Правда? Мне бы не хотелось тебя вовлекать…

— Кажется, мы определили, что я уже вовлечена. — Я достаю из рюкзака тетрадь. — Что мне у него спросить?

Какое-то время мы обсуждаем возможные вопросы, а затем я спрашиваю:

— Разве он не рассказал полиции все, что знает?

— Возможно. По моему опыту, управлять суповой кухней тяжело, когда рядом крутятся полицейские. Тебе он может рассказать подробнее.

— Стоит мне избавиться от австралийского акцента, чтобы, ну, быть не такой узнаваемой? — спрашиваю я, имитируя акцент Каина.

Он смеется:

— Нет… пожалуйста, по возможности больше так не делай.

— Грубиян! Ты именно так и разговариваешь, между прочим!

Мы оплачиваем счет и на автобусе едем через мост к Восточному Бостону. Каин сохраняет бдительность: постоянно смотрит, нет ли рядом полицейских или кого-то, кто слишком пристально за нами наблюдает. Я стараюсь как можно меньше говорить.

Суповая кухня находится в старой церкви. Оставляю Каина снаружи и захожу внутрь одна. В церковном зале стоят столы, большинство заняты. Много стариков, хотя я замечаю и парочку подростков. Собрание тихое. За трапезой мало кто разговаривает, а если и обмениваются словами, то шепотом.

Я подхожу к стойке, где раздают горячую еду. Молодой человек в запачканной соусом толстовке берет для меня тарелку.

— Спасибо, но я пришла к Деррилу, — говорю я. — Прошу прощения, я не знаю фамилии. Но мне очень важно с ним поговорить. Вы не Деррил, случайно? — с надеждой добавляю я.

— Нет, я Джек, — отвечает он, указывая на большой бейдж на груди. Чувствую себя глупой — как могла не заметить?

Джек оглядывается по сторонам. В очереди никто не стоит.