Книга Таинственный писатель, страница 28 – Сулари Джентилл

— Мы с Дэном не были… то есть он не считал…

— Буду ждать вашего звонка. Назначим время, я забронирую столик. Дэнни хотел бы, чтобы мы познакомились поближе.

Калеб прочел биографию писателя. Ее сопровождал художественный портрет – автор стоял вполоборота и не смотрел в камеру. Лица толком не разглядеть, видно только, что у него борода и что он старый. Не дряхлый старик, конечно, но и не юноша.

Калеб пощелкал по ссылкам и почитал репортажи об убийстве. Все сходилось. Дэна Мердока убили в тот день, когда Примус опубликовал последний пост. В посте говорилось о кладбище Сталл, а писатель жил в Лоуренсе. Мердок писал книги и, вероятно, наткнулся на информацию о «Проекте Франкенштейн», собирая материал для романа. Знаменитый писатель должен иметь доступ ко всякого рода архивам.

Потрясенный и взбудораженный Калеб откинулся на спинку стула. Он его нашел. Нашел Примуса. Это же невероятно.

Пора обо всем рассказать.

Тео весь день просидела в «Бендерах» с людьми, знавшими их с Дэном. Большинство не догадывались, что он был знаменитым писателем. Считали, что он, как и Тео, писал свой дебютный роман. Она рассказывала о его книгах, бестселлерах, номинациях на премию Эдгара По и испытывала странную гордость. Дэн был скромным человеком, оберегавшим свою личную жизнь. Теперь она хотела отдать ему должное. Она скучала по нему, хотя прошло совсем немного времени.

Пришел Ларри, штатный писатель «Кофейни Эйми», и члены литературного кружка из «Алхимии». Все соболезновали Тео, и она принимала соболезнования, чувствуя себя виноватой. Они с Дэном были любовниками всего один день, никогда не говорили о будущем и ничего друг другу не обещали. Она не имела права играть роль опечаленной вдовы. Но все словно сговорились и решили наделить ее этим статусом, будто ее чувства были важнее чувств других. А она не хотела признавать, что ее горе сильнее, чем у остальных, потому что иначе чувства хлынули бы наружу.

В четыре часа она ушла, сказав Лауре, что собаку нужно отвести домой до темноты.

— Береги себя, Тео, – сказала Лаура. – И поговори с Вероникой Коул о своей книге. Возможно, это станет прощальным подарком от Дэна.

Тео улыбнулась.

— Не знаю, приду ли я завтра. Но скоро увидимся.

На улице было свежо. Пони не тянул поводок и спокойно шел возле Тео, позволяя ей задавать темп. Она шла, думая о Дэне, о дне, когда они занимались любовью, и о дне его смерти. Наверное, именно поэтому ноги сами привели ее к желтому дому с голубой дверью: иначе этого никак не объяснить.

Дом огородили полицейской лентой. Двое офицеров пили кофе в машине, припаркованной на улице. Тео встала напротив. Сердце гулко билось, в ушах стучал пульс. Она попыталась вспомнить вчерашний вечер и все подробности того, что видела возле дома Дэна и внутри.

Тео не единственная стояла и смотрела на дом. За полицейским ограждением собрались люди – группки обычных людей в тренировочных и деловых костюмах, женщина в легинсах для йоги с двумя детьми. Они фотографировали и делали селфи, схватившись за горло. Некоторые принесли с собой кофе и перекусы. Почти все автомобили, проезжавшие мимо, замедляли ход, пока их не прогоняла полиция. Дом Дэна Мердока стал туристической достопримечательностью.

К ней подошел толстый парень со светлыми дредами, видимо решив, что ей нужен гид.